Кто ответит за издевательства над людьми во время этапа?

14 апреля меня перевезли из Самарского ИВС в Сызрань, в СИЗО-2. Этапирование было буквально издевательским, даже бывалые заключенные были удивлены. Загрузка началась в шесть часов вечера. Нас привезли на вокзал, погрузили в спецвагон, который простоял на вокзале еще 3 часа. В Сызрани мы были в час ночи, где-то в полвторого нас доставили в следственный изолятор. Всего нас было 13 человек, всех загнали в одну маленькую комнатку - «отстой». Жутко воняло мочой, нужник был здесь же. Все стены покрыты грибком, узкие лавки-жердочки. Сумки с вещами пришлось держать в руках - на полу была ужасная грязь. От смрада и духоты людям просто становилось плохо, не хватало воздуха. Мы начали стучать в дверь, в стены, требовали развести нас по камерам. На шум пришел дежурный, заявивший, что до 6 утра нами никто заниматься не станет. В таких ужасных условиях мы вынуждены были провести ночь.

С утра тоже никто особо не торопился, людей проверяли по одному. Я была 7 или 8 по очереди. При проверке очень много вещей мне просто не разрешили взять — отобрали книги, второй комплект одежды, забрали даже тонометр и лекарства со словами: «Вот доктор напишет разрешение, тогда и отдадим». Я попала в ту же камеру, из которой и уезжала, только к 11 утра. Отопление отключили, было очень сыро, кто-то еще и простынь постирал — дышать было совсем нечем.

Лекарства мне принесли только к 16 часам, когда уже стала требовать начальство. Оказалось, что врача Малиной, о которой я уже писала, нет — она в отпуске. Ее замещает какой-то мужчина, который в этот день был в Самаре, я записалась к нему на прием. Фельдшер рассказал, что ближайший этап в больницу будет уже 15 апреля, но там все места заняты, а меня отправят в следующий раз обязательно.

Единственным отрадным событием этого дня была возможность попасть в баню и привести себя в порядок. Что тоже случается не часто.
Несмотря на все тяготы, которые приходится сносить, настроение у меня боевое. Я настроена добиться справедливости и призвать к ответу тех, кто позволяет себе так издеваться над заключенными, пользуясь своей властью над нами. Таким отношением к людям, чья вина еще даже не доказана, были удивлены и бывалые заключенные, по их словам такое они видели только в «тройке» (зона).

В понедельник, 18 апреля, в 9:30, состоится заседание Самарского областного суда. Будем обжаловать решение судьи Якушевой о продлении моего срока заключения под стражей. Скорее всего, я смогу принять участие в заседании только по видеосвязи. Приглашаю всех неравнодушных людей, правозащитников и представителей СМИ также прийти на заседание и собственными глазами посмотреть, как в нашей стране вершится «правосудие».

Важно. Рейтинг — 0
Поделиться с друзьями

нет комментариев

Чтобы оставлять комментарии необходимо войти на сайт или зарегистрироваться

Мнение

Почему я занимаюсь правозащитой и общественным контролем в тюрьмах?

Я считаю, что тема общественного контроля – это одно из основных направлений общественно-государственного партнерства, развитию которого в нашей стране я посвятил ни один год своей жизни. Являясь членом Общественной палаты Российской Федерации, я постоянно получаю с мест жалобы граждан на нарушения и ущемление их конституционных прав, незаконные действия, совершаемые по отношению к ним и т.д. Большой поток писем идет в мой адрес от осужденных, отбывающих наказание в учреждениях ФСИН.

Никогда не следует забывать, что основная задача государства и общества в отношении осужденных – это их перевоспитание. В этом заключается главный смысл отечественной пенитенциарной системы. Одновременно надо помнить, что люди, отбывающие наказание, решением суда ограничены в свободе, однако никому не дано право издеваться над ними, обрекать их на потерю здоровья, вымогать у них деньги, унижать и избивать их. И если мы хотим вернуть государству и обществу полноценных граждан, такое отношение к оступившимся людям недопустимо. Ещё Пушкин говорил о «милости к падшим». С беззаконием и любыми другими нарушениями в местах отбывания наказания, с халатным исполнением должностных обязанностей сотрудниками пенитенциарных учреждений, а порой и откровенно преступным их поведением мы должны и будем бороться. Смысл работы общественного контроля в системе ФСИН я вижу как раз в этой борьбе.

Дмитрий Галочкин
Член Общественной Палаты РФ, член Комиссии по общественному контролю, общественной экспертизе и взаимодействию с общественными советами