Тюремное лечение: анальгин от пневмонии

Продолжение истории про больную заключенную (начало здесь).

После настойчивых жалоб фельдшер ИВС осмотрела (прослушала) женщину и заявила, что ничего страшного она не слышит и назначенного ею лечения (2 таблетки анальгина в день) вполне достаточно! Хотя кашель за это время еще усилился, сильные хрипы было слышно и без стетоскопа.

Я написала заявление с требованием оказать больной женщине медицинскую помощь и перевести ее в другую камеру. В ответ дежурный ИВС предложил перевести в другую камеру... меня, заявив, что от самой больной никаких письменных жалоб не поступало. Вернувшись в камеру, я убедила больную написать заявление о необходимости ее обследования в больнице. Это наконец возымело действие: на следующий день ее отвезли в больницу, где выявили двустороннее воспаление легких в очень тяжелой форме!

Очевидно, что болезнь оказалась сильно запущена здешним "лечением". Я считаю, что две таблетки анальгина в день при тяжелом воспалении легких - это верный способ просто убить больного. Такое обращение просто бесчеловечно.

Женщину, кстати, не оставили в больнице, а вернули обратно в ИВС, откуда отправили в карантин сызранского СИЗО-2. Очень надеюсь, что там ей все же обеспечат хоть какое-то лечение.

Важно. Рейтинг — 0
Поделиться с друзьями

нет комментариев

Чтобы оставлять комментарии необходимо войти на сайт или зарегистрироваться

Мнение

Почему я занимаюсь правозащитой и общественным контролем в тюрьмах?

Я считаю, что тема общественного контроля – это одно из основных направлений общественно-государственного партнерства, развитию которого в нашей стране я посвятил ни один год своей жизни. Являясь членом Общественной палаты Российской Федерации, я постоянно получаю с мест жалобы граждан на нарушения и ущемление их конституционных прав, незаконные действия, совершаемые по отношению к ним и т.д. Большой поток писем идет в мой адрес от осужденных, отбывающих наказание в учреждениях ФСИН.

Никогда не следует забывать, что основная задача государства и общества в отношении осужденных – это их перевоспитание. В этом заключается главный смысл отечественной пенитенциарной системы. Одновременно надо помнить, что люди, отбывающие наказание, решением суда ограничены в свободе, однако никому не дано право издеваться над ними, обрекать их на потерю здоровья, вымогать у них деньги, унижать и избивать их. И если мы хотим вернуть государству и обществу полноценных граждан, такое отношение к оступившимся людям недопустимо. Ещё Пушкин говорил о «милости к падшим». С беззаконием и любыми другими нарушениями в местах отбывания наказания, с халатным исполнением должностных обязанностей сотрудниками пенитенциарных учреждений, а порой и откровенно преступным их поведением мы должны и будем бороться. Смысл работы общественного контроля в системе ФСИН я вижу как раз в этой борьбе.

Дмитрий Галочкин
Член Общественной Палаты РФ, член Комиссии по общественному контролю, общественной экспертизе и взаимодействию с общественными советами