Дело Сугробова и ГУЭБиПК МВД РФ. Провокация или подстрекательство, в чем суть?

     Расследование уголовного дела Сугробова позволило выявить и предать огласке многочисленные факты подстрекательства взятки со стороны сотрудников центрального аппарата МВД России.  При этом, часто в СМИ слышны доводы: почему же оперативников Главного управления экономической безопасности и противодействия коррупции (ГУЭБиПК) МВД России привлекли к уголовной ответственности, если большинство потерпевших дали своё согласие на передачу денег и  были задержаны оперативниками при их  получении.  В  Уголовном кодексе нет статьи за подстрекательство взятки, но, как показало дело генерала Сугробова и ГУЭБиПК подстрекательство взятки влечёт  превышение должностных полномочий и фальсификацию доказательств. В чем же их суть? 

     Верховный суд разъяснил в постановлении Пленума от 9 июля 2013 г. N 24 "О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях", что провокация взятки, коммерческого подкупа - это попытка передачи денег должностному лицу, которое  не совершало действий, свидетельствующих  о его согласии или отказе принять деньги.  В этом случае  "провоцируемое лицо" не подлежит уголовной ответственности  в связи с отсутствием события преступления, а вот в действиях оперативников имеется состав ст.304 УК РФ. 

     В свою очередь, подстрекательство - это передача денег с согласия или по предложению должностного лица, когда они  были получены в результате склонения этого лица к получению ценностей при обстоятельствах, свидетельствующих о том, что без вмешательства оперативников умысел на их получение не возник бы,  и преступление не было бы совершено. В этом случае в действиях "взяткополучателя" отсутствует состав преступления. 

     Общий принцип преступлений сотрудников ГУЭБиПК, совершенных ими  с 2011 по 2014 годы, заключается в  получении, фиксации и документировании не соответствующей действительности оперативной информации о якобы преступной деятельности лиц, то есть в фальсификации результатов оперативно-розыскной деятельности, которые, на первый взгляд, носили законный характер. 

     Подстрекательские действия, в первую очередь,  нарушают  ст.5 ФЗ "Об ОРД", которая запрещает подстрекать,  склонять, побуждать в прямой или косвенной форме к совершению противоправных действий.  При этом, статья 7 Федерального закона "Об ОРД" содержит исчерпывающие основания для инициирования и проведения оперативно-розыскных мероприятий. То есть, оперативники не имеют права  просто так начать проводить ОРМ. Так, в соответствии с позицией Верховного суда РФ и Московского городского суда, выраженной в решениях 16.03.2011 №22-2934 (Мосгорсуд); от 15.04.2015 N22-П15; от 31.01.13 N46-О13-4; от 31.01.2012 № 11-012-1, от 05.03.2013 № 50-Д13-12 (ВС РФ) и др., суд, перед тем, как положить в основу приговора доказательства, полученные в результате проведения ОРМ, должен дать оценку их законности и соответствия ст. 7 ФЗ «Об ОРД», согласно которой основанием для проведения ОРМ должны быть сведения о признаках подготавливаемого или совершаемого преступления, которые должны носить не предположительный характер, а быть подкреплены достоверными сведениями. 

     Таким образом, с момента заведения дела оперативного учёта в отсутствие достоверных сведений о противоправной деятельности (ст.10 ФЗ "Об ОРД") оперативники фактически "встают на путь" превышения должностных полномочий. Так, в деле начальника отдела Московской межрегиональной транспортной прокуратуры Евдокимова Д.В. оперативник ГУЭБиПК  Пожилов М. в феврале 2013 года  оформил рапорт о якобы полученной информации в отношении «действующей на территории Московского региона организованной группы, участники которой специализируются на систематических хищениях и вымогательствах денежных средств в особо крупных размерах у предпринимателей за решение различных вопросов», но  в реальности  Пожилов конкретными и достоверными сведениями об этом не располагал и в суде представить их не смог. 

     Данный рапорт, содержащий недостоверные сведения, был завизирован руководителями Колесниковым Б. и Муллаяровым С., после чего было вынесено постановление о заведении дела предварительной оперативной проверки, составлены план предварительной оперативной проверки,   справки и рапорты, в которые перекочевали эти недостоверные сведения.  Эти материалы ОРД использовались следственными органами  в дальнейшем как доказательства, хотя, подчеркну, факты, подтверждающие наличие достоверных сведений о противоправной деятельности, отсутствовали.  

     В другом случае, при заведении дела оперативного учёта для проведения ОРМ в отношении заместителя начальника 6 службы 9 управления ФСБ России Демина И., сотрудниками ГУЭБиПК была использована формулировка о "полученной информации в отношении неустановленных лиц, совершающих преступления, предусмотренные ч.4 ст.159 УК РФ". 

     Согласитесь, с подобной формулировкой можно завести любое ДОУ и начать проводить оперативно-розыскные мероприятия в отношении любых лиц, в то время как ст.7 ФЗ "Об ОРД"  запрещает  подобное. Налицо превышение должностных полномочий. 

     Далее, оперативники ГУЭБиПК привлекали к дальнейшим ОРМ гражданских лиц, используя их как агентов, которые будут непосредственно совершать подстрекательские действия   под видом совершения их самостоятельно или под видом участия  в оперативно-розыскных мероприятиях. Эти лица неофициально, то есть без оформления надлежащим образом, снабжались необходимыми вещами и средствами. 

     Так, в деле Евдокимова Д. привлеченному агенту Кидяеву И. оперативниками ГУЭБиПК в феврале 2013 года был  передан спецдиктофон Папирус-Микро, что является нарушением ст. 6 ФЗ «Об ОРД», которой запрещено проведение оперативно-розыскных мероприятий и использование специальных и иных технических средств, предназначенных  для негласного получения информации, не уполномоченными на то физическими и юридическими лицами. При этом, факт выдачи агенту спецсредства документально (официально)  оформлен не был, как и факт его привлечения к ОРМ.

     В другом случае, при проведении оперативно-розыскных мероприятий в отношении заместителя начальника 6 службы 9 управления ФСБ России Демина И., сотрудники ГУЭБиПК в нарушение ст.19 ФЗ "Об ОРД", предусматривающей обеспечение оперативно-розыскной деятельности за счёт средств Российской Федерации, приобрели для агента новый автомобиль Lexus, стоимостью более 1,7 млн рублей, в целях придания ему видимости успешности, высокого  социального статуса, а также передали ему 10 тыс долларов США, которые планировали передать в качестве взятки. 

     Агенты, выполняя отведенную роль, оказывая содействие совершению преступления устранением препятствий, с целью незаконного искусственного создания и фиксации обстоятельств  преступления, проводили  встречи и вели телефонные разговоры с должностными лицами,  в ходе которых склоняли их  к принятию денег под различными предлогами (благодарность, в долг и т.д.). Так, например, встреча  с президентом "Федерации триатлона России" Быстровым  была  организована под предлогом оказания спонсорской помощи указанной общественной организации. 

     Подобные подстрекательские  переговоры занимали нередко длительное время. Так, в случае с получением 25 сентября 2013 года  денег членом  Совета Федераций Коровниковым  переговоры с посредником  велись с 23 июля. 

     Все эти переговоры и встречи записывались либо оперативниками (используя СОРМ в рамках ДОУ), либо подстрекателями  на якобы принадлежащие им диктофоны. Так, в  случае с получением денег начальником отдела Московской межрегиональной транспортной прокуратуры Евдокимовым Д. аудиозапись первой встречи, на которой агент Кидяев выступил инициатором передачи денег, не была приобщена к делу. В деле имеются аудиозаписи абсолютно всех встреч и телефонных переговоров, за исключением самой важной - первой, которая якобы не была записана. Таким образом, оперативники имели возможность  "сортировать"   аудиозаписи разговоров, скрывая от следствия "ненужные". 

     Получив согласие на получение денег, как в случае с делом Евдокимова Д., с целью легализации  аудиозаписей разговоров, негласно записанных агентом, оформлялась его фиктивная явка в ГУЭБиПК с заявлением о вымогательстве (в данном случае 11 марта, в то время как аудиозаписи фактически велись Кидяевым с 28 февраля 2013 года). В полиции агент писал объяснение, что аудиозаписи вел на собственный диктофон, самостоятельно  пришёл первый раз в полицию, после чего оформлялась якобы добровольная выдача CD дисков с аудиозаписями, которые он якобы принёс с собой. То есть,  фактически сотрудники ГУЭБиПК на этом этапе занимались фальсификацией доказательств, а агент-подстрекатель давал заведомо ложные показания, что с полицией до этого не сотрудничал. 

     Далее, оперативники  ГУЭБиПК с целью придания видимости законности совершаемых ими действий, без достаточных на то оснований, осознавая, что без их вмешательства у соответствующего лица не возник бы умысел на получение денежных средств и преступление не было бы совершено, явно превышая должностные полномочия, выносили постановление о проведении оперативно-розыскных мероприятий "оперативный эксперимент". После чего соответствующее должностное лицо задерживалось при получении денег от агента-подстрекателя. 

     После того как следственными органами возбуждалось уголовное дело, фальсифицированные материалы ОРД передавались следствию как  доказательства, а соответствующие оперативники ГУЭБиПК и агент-подстрекатель давали заведомо ложные показания, что  до явки последнего в полицию с заявлением   не сотрудничали и знакомы не были. 

     Если подытожить вышесказанное, то в действиях  сотрудников и руководства ГУЭБиПК имеются пнизнаки  следующих составов  преступлений:

1. Ст. 286 УК РФ – превышение должностных полномочий:

- проведение  ОРМ в отсутствие законных оснований, 

- фактическое проведение ОРМ с целью искусственного создания обстоятельств преступления и склонению соответствующего лица к получению денежных средств; 

- проведение ОРМ с незаконным привлечением агента-подстрекателя с предоставлением в его распоряжение без надлежащего оформления спецтехники  или иного имущества. 

2. Ч. 3 ст. 303 УК РФ – фальсификация доказательств, в частности: фальсификация материалов дела оперативного учета,  актов добровольной выдачи CD-дисков с аудиозаписями и т.д. 

3.  Если дело доходило до суда, то -  часть 2 ст. 307 УК РФ- дача на следствии и в суде  заведомо ложных показаний: оперативники и агент-подстрекатель ранее не знакомы и до явки последнего в полицию не сотрудничали. 

4. В случае с делом заместителя начальника 6 службы 9 управления ФСБ России Демина И. действия оперативников ГУЭБиПК образовали состав преступления, предусмотренный ст.304 УК РФ (провокация взятки), так как агент попытался передать  10 тыс долларов США в качестве взятки несмотря на полученный отказ Демина И. 

     Таким образом, перечисленные преступные действия повлекли тяжкие последствия: существенное нарушение охраняемых законом прав и интересов соответствующих лиц в виде незаконного задержания, незаконного привлечения к уголовной ответственности и лишения свободы на протяжении длительного времени, существенное нарушение охраняемых законом интересов государства путем подрыва авторитета государства в сфере правосудия и противодействия коррупции,  а также дискредитации и подрыва доверия к сотрудникам внутренних дел Российский Федерации, которые призваны выявлять, пресекать, предупреждать и раскрывать преступления в сфере экономической безопасности и борьбы с коррупцией, а не провоцировать и подстрекать. 

 

PS: Cтавить вопрос о провокации и ходатайствовать в связи с этим о допросе свидетелей, раскрытии оснований для проведения ОРМ и т.д. необходимо на предварительном следствии. Если об этом будет заявлено в суде, то, как показывает практика, судья сделает все возможное, чтобы версия о провокации/подстрекательстве "не нашла своего подтверждения", вплоть до отказа в исследовании вещественных доказательств путём прослушивания в суде аудиозаписей, записанных агентом-подстрекателем, как это произошло при рассмотрении дела начальника отдела Московской межрегиональной транспортной прокуратуры Евдокимова Д.В. 

Важно. Рейтинг — 0
Поделиться с друзьями

3 комментария

Евдокимов Владимир Евдокимов Владимир
30 апреля 2017 в 10:59

Экс-глава ГУЭБиПК Сугробов приговорен к 22 годам колонии

ИА SakhaNews. Суд в Москве 27 апреля приговорил бывшего руководителя ГУЭБиПК генерала Дениса Сугробова к 22 годам лишения свободы. Он будет отбывать наказание в колонии строгого режима, сообщает Life.

Согласно приговору суда, Сугробов лишен звания генерал-лейтенанта и возможности 5 лет занимать должности в правоохранительных органах.

Напомним, Сугробов является одним из главных фигурантов уголовного дела о превышении должностных полномочий и организации преступного сообщества. В общей сложности генералу предъявлено обвинение по 11 преступлениям.

По данному уголовному делу заключены под стражу еще восемь человек. Девятый обвиняемый — бывший заместитель Сугробова Борис Колесников покончил с собой в июне 2014 года. Он признан виновным, уголовное преследование в его отношении прекращено в связи со смертью.

Решением Мосгорсуда бывшие сотрудники Сугробова также получили реальные сроки. Иван Косоуров приговорен к 19 годам лишения свободы, Сергей Борисовский – к 17 годам, Виталий Чередниченко – к 18 годам, Евгений Шерманов – к 18 годам, Сергей Пономарев – к 17 годам, Андрей Назаров – к 17 годам, Игорь Скакунов – к 4 годам и Салават Муллаяров – к 20 годам заключения.

Каверина Маргарита Каверина Маргарита
15 января 2017 в 00:37

Читая ваше обращение,понимаешь , что в погоне за показателями сотрудники следственного управления,при поддержке прокуратуры и судов фальсифицируют и ЗАСИЛИВАЮТ уголовные дела. Становиться страшно и противно ,что горстка людей прикрываясь маской правосудия,ломают судьбы людей и им плевать законно это или нет. Раньше все были "враги" народа,а теперь коррупционеры. Добиться справедливости невозможно, прокуратура бездействует и занимается только отписками.

Евдокимов Владимир Евдокимов Владимир
16 января 2017 в 21:04

Все верно.

Чтобы оставлять комментарии необходимо войти на сайт или зарегистрироваться

Мнение