В суде стартовало дело автора системы пыток в ИК-2

Руководство ФСИН заявляет, что теперь, после нескольких уголовок, ситуация в ИК-2 изменилась в лучшую сторону. Фото: Владимир Жабриков © URA.RU

В Екатеринбурге стартовал судебный процесс над заместителем начальника ИК-2 Михаилом Белоусовым. Он обвиняется в создании системы пыток и вымогательств у зэков другими осужденными.

Процесс над Михаилом Белоусовым получил широкий резонанс еще до своего старта. Видеокадры пыток в екатеринбургской колонии облетели весь мир. На одном растиражированном ролике, голого осужденного под издевательские угрозы заставляют макать голову в унитазы. На другом — несколько участников экзекуции мочатся на стонущего мужчину, с кровоподтеками на спине.

По версии следствия, именно Михаил Белоусов, отвечавший в исправительной колонии №2 за оперативную работу и безопасность, стал создателем системы, при которой одни зэки наделялись правами унижать и избивать других. Таким образом руководство колонии полностью контролировало ситуацию среди нерадивого контингента. «Эта система была до его прихода в колонию, осталась и поныне. При чем тут он», — недоумевают представители обвиняемого.

«Бывший заместитель начальника ИК № 2 обвиняется в совершении преступлений по статьям «превышение должностных полномочий» и «организация истязаний в отношении двух и более лиц, с применением пытки, группой лиц по предварительному сговору». Пять членов так называемого актива, которые ему помогали, обвиняются по статьям «истязания в отношении двух и более лиц, с применением пытки, группой лиц по предварительному сговору», «насильственные действия сексуального характера, совершенные группой лиц по предварительному сговору, с особой жестокостью по отношению к потерпевшему» и «незаконное лишение человека свободы, совершенное группой лиц по предварительному сговору», — рассказала «URA.RU» Марина Канатова, старший помощник прокурора Свердловской области.

Родители осужденного Антона Штерна каждый месяц платили на карточный счет. А после того, как зэки его забили, выяснилось что этот счет принадлежал матери одного из активистов. Кадр видео

Из-за того, что издевательства над зэками носили, в том числе, сексуальный характер, судья Верх-Исетского суда Владимир Порозов принял решение закрыть процесс для зрителей и журналистов. При этом, фигуранты дела — свидетели и потерпевшие — почти полностью состоят из числа нынешних осужденных. Следователям удалось установить только трех потерпевших. Именно они и фигурируют в деле.

«Из этого уголовного дела были выделены и направлены в суд ещё два уголовных дела в отношении двоих бывших заключённых. Один обвиняется по статье „подстрекательство к истязаниям в отношении нескольких лиц, совершенное группой лиц по предварительному сговору, с применением пытки“, а другой — „насильственные действия сексуального характера, совершённые группой лиц по предварительному сговору“. Заключенные дали показания на остальных. С ними заключено досудебное соглашение о сотрудничестве, которое предполагает снижение максимального размера наказания», — сообщил «URA.RU» Александр Шульга, старший помощник руководителя СКР по Свердловской области.

Адвокаты и гособвинитель, ссылаясь на закрытый процесс, отказываются от комментариев.

«Михаила Белоусова нельзя обвинять в создании иерархической структуры внутри колонии. Подобная практика существовала до него, существует и сейчас. Все эти так называемые активисты работали уже до его прихода. Следствие просто сделало из него крайнего», — рассказал «URA.RU» источник, знакомый с позицией адвоката Михаила Белоусова.

За екатеринбургской ИК-2 закрепилось название «пыточной» в среде журналистов и правозащитников еще с середины нулевых. В 2015 году в колонии произошло убийство осужденного Антона Штерна. Активисты перестарались и запытали его до смерти из-за того, что он не смог заплатить ежемесячный взнос.

Как рассказывают осужденные, освободившиеся из ИК-2, активисты устраивали зэкам, только попавшим в колонию, «показательную порку». После чего объясняли, что за мирную жизнь нужно оказывать колонии гуманитарную помощь.

«Размер этой помощи в среднем составлял 3-5 тысяч рублей. Но если человек на воле являлся коммерсантом или его родственники не испытывали нужды в деньгах, то размер гуманитарки мог доходить до 100 тысяч и более. Зачастую людей заставляли переписать свой бизнес», — рассказала «URA.RU» правозащитник, супруга осужденного, отбывавшего срок в ИК-2 Яна Фадеева.

Беседа с Яной Фадеевой по ИК-2. Екатеринбург, фадеева яна

Яна Фадеева завалила прокуратуру и ФСИН жалобами о пытках заключенных на «двойке» Фото: Владимир Жабриков © URA.RU

«Именно от администрации колонии исходили эти неформальные требования о гуманитарной добровольной помощи, в связи с чем продвигались те, кто оказывал эту помощь, на условно-досрочное освобождение, предоставлялись дополнительные свидания, поощрения, и это доводил до осужденных так называемый актив», — заявлял в своей жалобе на приговор первой инстанции один из осужденных за убийство Штерна Егор Мамонтов.

Любопытно, что в ходе процесса на зэками, запытавшими Антона Штерна, стало известно, что мать активиста Бессонова, на банковскую карту которой переводили деньги родственники осужденных, в том числе и погибшего, за один только год обналичила более 3 млн рублей. При этом, родственники осужденных переводили деньги и на другие банковские счета. Правда, по делу Штерна судебный процесс так и не установил конечного получателя этих денег. Учитывая, что в статьях Уголовного кодекса, предъявленных Михаилу Белоусову, фигурируют только статьи «превышение должностных полномочий» и «организация истязаний в отношении двух и более лиц, с применением пытки», ответ на этот вопрос не удастся получить и в этот раз.

Источник: Ura.ru
Важно. Рейтинг — 4
Поделиться с друзьями

нет комментариев

Чтобы оставлять комментарии необходимо войти на сайт или зарегистрироваться

Мнение

Можно ли бить людей (заключённых)?

На этот вопрос не может быть утвердительного ответа. С таким же успехом можно задавать вопрос: можно ли лишать человека жизни? Разумеется, бить людей нельзя. Такое право не предоставлено ни сотрудникам ФСИН, ни сотрудникам полиции, ни кому бы то ни было. Тот, кто избивает человека, совершает уголовное преступление. И не имеет значение, кого именно он избивает: задержанного, обвиняемого, осужденного - каждый имеет право на телесную неприкосновенность. Другое дело, что федеральные законы предоставляют сотрудникам ФСИН и полиции определенные права по применению физической силы в отношении правонарушителей. Если, например, будет установлено, что применение силы было самоцелью или не вызывалось объективной необходимостью, то виновный должен быть привлечен к ответственности. Конечно, между требованиями закона и реальной практикой бывает дистанция огромного размера. Для того, чтобы эта дистанция неуклонно сокращалась, самое лучшее средство - открытость силовых структур, повседневный гражданский контроль, воспитание в стражах порядка подлинного уважения к правам человека.

Михаил Федотов
Советник Президента РФ, Председатель Совета при Президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека