После проведенной ночи в камере психиатрического отделения СИЗО-1 заключенный отказался встречаться с членами ОНК

После обнаружения, 13 апреля 2017 года, в камере 647 СИЗО-1 г. Екатеринбурга напряженной ситуации мы с Ольга Вековшинина решили на следующий день вновь ехать в этот следственный изолятор. Утром 14 апреля мы вошли в СИЗО-1 вместе с Уполномоченным по правам человека Свердловской области Т.Г.Мерзляковой и представителем областного ГУФСИН Г.Н.Губанковым.

Нам сразу было сказано руководством СИЗО-1, что О.Ю.Кузнецов, которого нам отказались показать в предыдущий день по причине погружения в сон, проснувшись написал заявление об отказе встречаться с членами ОНК.

Любому человеку понятно, что такие отказы пишутся не просто так, а в результате определенной работы с подследственным. Сам факт отказа разговаривать с членами ОНК только усиливают у нас подозрения.

Заявления об отказе встречаться с Т.Г.Мерзляковой у руководства СИЗО-1 не оказалось в наличии. Поэтому Татьяна Георгиевна пошла встречаться с Кузнецовым без нас.

После встречи с подследственным Т.Г.Мерзлякова рассказала, что следов применения насилия у него она не обнаружила. С ее слов он вчера находился в сильном нервном возбуждении, ему дали успокаивающее лекарство, которое вызвало сон.

Всей многочисленной делегацией мы сходили в камеру 647. В этой транзитной камере оказалось уже 13 человек, из них трое были новенькими. Один из этих троих был гораздо крупнее по телосложению, чем все остальные 12 человек. На это обратил внимание даже сотрудник ГУФСИН. Тут же были «сторожилы» этой камеры — два человека, содержащиеся в транзитной камере уже несколько месяцев, в том числе и А.С.Бобров, с которым в предыдущий день остальные обитатели камеры не хотели оставаться в одном помещении. За ночь настроения у них сильно изменились. Они отказывались от того, что говорили в предыдущий день. Что произошло в наше отсутствие приходится только догадываться.

После двух дней в СИЗО-1 вопросов осталось больше, чем ответов.

Почему членам ОНК не захотели показать Кузнецова? Зачем руководство следственного изолятора держит в транзитной камере в течение нескольких месяцев подследственных, которые не являются транзитными? У таких «сторожилов» возникает естественное желание считать себя «хозяевами квартиры», диктовать свои условия всем остальным временным жильцами тем самым провоцировать конфликты.

Фамилии людей, находившихся в 647 камере у нас записаны. Мы будем в дальнейшем с ними встречаться и сумеем докопаться до правды, что произошло с ними 13 и 14 апреля 2017 года.

Михаил Борисов,
член ОНК Свердловской области

Источник: Правозащитники Урала
Важно. Рейтинг — 1
Поделиться с друзьями

нет комментариев

Чтобы оставлять комментарии необходимо войти на сайт или зарегистрироваться

Мнение

Можно ли бить людей (заключённых)?

На этот вопрос не может быть утвердительного ответа. С таким же успехом можно задавать вопрос: можно ли лишать человека жизни? Разумеется, бить людей нельзя. Такое право не предоставлено ни сотрудникам ФСИН, ни сотрудникам полиции, ни кому бы то ни было. Тот, кто избивает человека, совершает уголовное преступление. И не имеет значение, кого именно он избивает: задержанного, обвиняемого, осужденного - каждый имеет право на телесную неприкосновенность. Другое дело, что федеральные законы предоставляют сотрудникам ФСИН и полиции определенные права по применению физической силы в отношении правонарушителей. Если, например, будет установлено, что применение силы было самоцелью или не вызывалось объективной необходимостью, то виновный должен быть привлечен к ответственности. Конечно, между требованиями закона и реальной практикой бывает дистанция огромного размера. Для того, чтобы эта дистанция неуклонно сокращалась, самое лучшее средство - открытость силовых структур, повседневный гражданский контроль, воспитание в стражах порядка подлинного уважения к правам человека.

Михаил Федотов
Советник Президента РФ, Председатель Совета при Президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека