Суд отпустил из СИЗО под домашний арест обвиняемого в пытках замначальника ингушского Центра «Э»

Верховный суд Ингушетии удовлетворил жалобу заместителя начальника Центра по противодействию экстремизму МВД по Ингушетии Сергея Хандогина и сменил ему меру пресечения с СИЗО на домашний арест. Такое решение было вынесено еще 11 апреля, следует из копии постановления суда, которая находится в распоряжении «Медиазоны».

46-летнего Сергея Хандогина обвиняют в применении пыток к супругам Далиевым, которых задержали 15 июля 2016 года по подозрению в причастности к ограблению офиса Ингушского регионального филиала АО «Россельхозбанк» в городе Сунжа. Как рассказывала Марем Далиева, полицейские подвергали ее и ее мужа Магомеда Далиева физическому насилию и психологическому давлению. После задержания Магомед Далиев скончался. На теле умершего имелись множественные гематомы и ссадины, а также следы, напоминающие термические ожоги, отмечал «Мемориал».

Замначальника Центра «Э» Хандогину, которого следствие считает причастным к пыткам Далиевых, предъявлены обвинения в превышении должностных полномочий с применением насилия (пункт «а» части 3 статьи 268 УК). Такое же обвинение предъявили и уже бывшему начальнику ингушского Центра «Э» Тимуру Хамхоеву. Он находится в СИЗО.

Изначально с Хандогина взяли подписку о невыезде, однако он скрылся и был объявлен в розыск. Его задержали в январе 2017 года и поместили под стражу.

Адвокат Андрей Сабинин, который представляет интересы потерпевших, считает решение незаконным и намерен его обжаловать. По его словам, потерпевшие даже не были уведомлены о рассмотрении апелляционной жалобы по делу.

«Позиция Верховного суда Ингушетии в отношении изменения меры пресечения Хандогину на домашний арест является, по крайней мере, странной. Хандогин почти два месяца был в розыске, поэтому и был задержан и потом заключён под стражу после предъявления обвинения. Как можно отпускать из под стражи обвиняемого, который скрывался от следствия?! Так более того, единственным ограничением установлено требование на покидать свое домовладение. А как же средства связи, интернет?» — удивляется защитник.

В середине марта Магасский районный суд отправил под домашний арест начальника Сунженского отдела полиции Магомеда Бекова, который обвиняется в том, что вместе с начальником ингушского Центра «Э» избивал задержанную Долиеву и ее мужа.

О возможной причастности главы регионального Центра «Э» Тимура Хамхоева к гибели задержанного стало известно после начала расследования по заявлению гражданина Азербайджана. Он рассказал, что Хамхоев и его подчиненные усадили его в автомобиль «Лада-Приора», увезли в неустановленное место, применили физическое насилие и завладели его автомобилем Audi A6. Освободив мужчину, они потребовали с него 800 тысяч рублей за возврат имущества. Первоначально Хамхоева и других фигурантов дела обвиняли в разбое, однако позже СК переквалифицировал их действия на вымогательство и превышение должностных полномочий с применением насилия.

Источник: Медиазона
Важно. Рейтинг — 3
Поделиться с друзьями

1 комментарий

Лушина Лилия Лушина Лилия
20 апреля 2017 в 20:58

Суды хоть бы вид делали, что независимы и справедливы!

Чтобы оставлять комментарии необходимо войти на сайт или зарегистрироваться

Мнение

Можно ли бить людей (заключённых)?

На этот вопрос не может быть утвердительного ответа. С таким же успехом можно задавать вопрос: можно ли лишать человека жизни? Разумеется, бить людей нельзя. Такое право не предоставлено ни сотрудникам ФСИН, ни сотрудникам полиции, ни кому бы то ни было. Тот, кто избивает человека, совершает уголовное преступление. И не имеет значение, кого именно он избивает: задержанного, обвиняемого, осужденного - каждый имеет право на телесную неприкосновенность. Другое дело, что федеральные законы предоставляют сотрудникам ФСИН и полиции определенные права по применению физической силы в отношении правонарушителей. Если, например, будет установлено, что применение силы было самоцелью или не вызывалось объективной необходимостью, то виновный должен быть привлечен к ответственности. Конечно, между требованиями закона и реальной практикой бывает дистанция огромного размера. Для того, чтобы эта дистанция неуклонно сокращалась, самое лучшее средство - открытость силовых структур, повседневный гражданский контроль, воспитание в стражах порядка подлинного уважения к правам человека.

Михаил Федотов
Советник Президента РФ, Председатель Совета при Президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека