Мусульмане против блатных: в российских зонах назрел большой конфликт

В российских колониях оформился конфликт «блатных», живущих по уголовным понятиям, и мусульман, количество которых среди заключенных сильно выросло в последние годы. Одной из иллюстраций стало происшествие в колонии Тувы, где вор Руслан Гегечкори напал на группу чеченцев и дагестанцев в тюремной мечети. 

Как сообщает портал On Kavkaz, Гегечкори — потомственный грузинский вор в законе по прозвищу Шляпа Младший. Поводом к конфликту стала ссора, в ходе которой Гегечкори негативно отозвался о чеченцах, и один из заключенных ударил его в лицо. По воровским понятиям это является серьезным оскорблением: вора нельзя бить по лицу, он может быть только наказан пощечиной по решению воровской сходки, но и эта пощечина должна исходить от другого вора — от равного.

«Однако эти воровские законы не писаны ни для чеченцев, ни уж тем более для соблюдающих мусульман, которые признают единственным законом для себя положения шариата», — пишет On Kavkaz. 

«После того как обидчик Гегечкори и еще семеро представителей кавказских диаспор ушли молиться в мечеть, находящуюся на территории колонии, Шляпа Младший собрал 20 заключенных, вместе с которыми ворвался в помещение, где избил кавказцев, а затем вся толпа приступила к погрому самой мечети», — пишет издание.

Агентство «Росбалт» сообщало, что обсуждение этого инцидента вышло далеко за пределы тувинской колонии, оно грозит превратиться в войну между ворами в законе и мусульманами. «Сейчас и среди воров в законе, и среди выходцев из Чечни эта тема активно обсуждается, все стоят на ушах, в ближайшее время вполне может пролиться кровь», — писал «Росбалт».

Националистическое издание «Русский сектор» сегодня опубликовало комментарий Даниила Константинова — политического активиста, который по обвинению в убийстве и хулиганстве некоторое время провел в местах лишения свободы.

«Я наблюдал начало и развитие этого конфликта еще находясь в СИЗО, когда у всех на устах были конфликты в кавказских лагерях, где „зеленые“ (исламисты) открыто отказались подчиняться ворам и воровским понятия, выстраивая свою собственную структуру и внедряя свои нормы поведения, — пишет Константинов. — На все попытки давления они отвечали хорошо организованным насилием, превосходящим по своей интенсивности насилие блатных. Так, например, в одном из лагерей „зеленые“ напали с арматурой на целый барак блатных и избили всех, кто там находился. Затем конфликт стал распространяться и на другие лагеря с большим процентом мусульманского контингента. Случались конфликты на этой почве и в Матросской тишине».

«Спрогнозировать результаты такого конфликта довольно трудно, — пишет он. — В данном случае имеет место столкновение двух идеократий, представители которых (особенно рядовые) руководствуются прежде всего идеей („воровской“ или религиозной) и часто готовы пожертвовать своей жизнью в борьбе. У обеих сторон есть свои ресурсы и преимущества. Обе интернациональны, а сторона блатных (пока) многоконфессиональна. Если на стороне „зеленых“ огромная масса молодых радикальных мусульман, то у блатных есть христиане (включая грузин) и менее радикальные светские мусульмане. И все-таки кажется мне, что блатные подвинутся. Уж слишком силен накал страсти у исламистов, уж слишком они радикальны и пассионарны, руководствуясь при этом предельными, религиозными, внеземными целями. Идеология воров в современных условиях во многом устаревает, уступая место коммерческим отношениям, а спецконтингент (особенно мусульманский), лишаясь почвы под ногами, пытается обрести новую опору в „братьях по вере“. Тюремные джамааты к тому же пользуются поддержкой вооруженного подполья на воле, руководствующегося верой, а не соображениями выгоды».

«Одним из самых действенных, с точки зрения властей, методов сдерживания влияния тюремных джамаатов является поддержание напряженности между воровской кастой и заключенными из числа соблюдающих мусульман, — пишет издание On Kavkaz,  — поскольку воры десятками лет держали российские зоны. И резкое увеличение количества верующих заключенных по различным анти-экстремистским статьям серьезно пошатнуло позиции воров на зоне. Мусульмане напрочь отвергают воровские законы и вводят в камерах собственные порядки, что одинаково пугает и воров, и тюремное начальство».

Источник: Znak.com
Важно. Рейтинг — 6
Поделиться с друзьями

1 комментарий

Лысенко Нина Лысенко Нина
24 февраля 2017 в 16:39

возможно в будущем нас ждет разделение на мусульманские зоны и прочии

Чтобы оставлять комментарии необходимо войти на сайт или зарегистрироваться

Мнение

Можно ли бить людей (заключённых)?

На этот вопрос не может быть утвердительного ответа. С таким же успехом можно задавать вопрос: можно ли лишать человека жизни? Разумеется, бить людей нельзя. Такое право не предоставлено ни сотрудникам ФСИН, ни сотрудникам полиции, ни кому бы то ни было. Тот, кто избивает человека, совершает уголовное преступление. И не имеет значение, кого именно он избивает: задержанного, обвиняемого, осужденного - каждый имеет право на телесную неприкосновенность. Другое дело, что федеральные законы предоставляют сотрудникам ФСИН и полиции определенные права по применению физической силы в отношении правонарушителей. Если, например, будет установлено, что применение силы было самоцелью или не вызывалось объективной необходимостью, то виновный должен быть привлечен к ответственности. Конечно, между требованиями закона и реальной практикой бывает дистанция огромного размера. Для того, чтобы эта дистанция неуклонно сокращалась, самое лучшее средство - открытость силовых структур, повседневный гражданский контроль, воспитание в стражах порядка подлинного уважения к правам человека.

Михаил Федотов
Советник Президента РФ, Председатель Совета при Президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека