«Сейчас приедет Паша Пятницкий и все разрулит»

Эрик Китуашвили (Давидыч), известный стритрейсер, создатель социальной сети для любителей автомобильной езды Smotra.ru, был арестован в феврале этого года по обвинению в мошенничестве и легализации денежных средств. По версии следствия, Давидыч инсценировал угон трех дорогих иномарок, за которые в страховой компании по подложным документам получил денежное возмещение. Сам Китуашвили считает, что дело против него сфабриковано и его арест связан с тем, что он обвинил некоторых руководителей УМВД по Москве в том, что они получили свои посты за взятки. Через месяц после ареста Эрика Китуашвили под стражу взяли его гражданскую жену Анну Каганскую, которой предъявили обвинение в мошеннических действиях в отношении страховой компании. По мнению следствия, она замешана в инсценировке похищения дорогой иномарки.

Ирина Каганская (сестра Анны Каганской): Ситуация была в тот момент очень тяжелая, потому что у них была задача — сломать Эрика. Сначала в «Матросской Тишине» его спустили в камеру корпуса, где над ними находилось туберкулезное отделение.

(Действительно, камеры на первом этаже туберкулезного корпуса считаются одними из самых страшных в СИЗО-1 «Матросская Тишина». Обшарпанные с плесенью стены и потолки, полумрак, высоко под потолком весит одна-единственная тусклая лампочка. Окна завешаны одеялами, чтобы не дуло, поэтому дневного света в камерах не бывает. Духота. Перелимит здесь такой, что заключенным не то что спать негде, но даже и стоять нет места. Арестанты плетут из простыней гамаки между кроватями второго яруса и таким образом обеспечивают себя спальными местами, причем опасными для жизни, поскольку простыни рвутся, и заключенные падают на пол. Контингент в этих камерах такой, что порой заключенные выстраиваются плотной стеной и не пускают в камеры сотрудников изолятора. Неоднократно была тому свидетелем, будучи членом ОНК Москвы. — Е. М.)

Эрик Китуашвили (Давидыч). Кадр с Youtube

В камере было 12 человек, из которых 6 категорически не давали Эрику спать. Эти люди ежедневно менялись. Утром просыпаешься после двух-трех часов сна, а там уже другие люди. Это камера, где его хотели разговорить и денег снять. И все это происходило в моменты, когда человек в стрессе. Потом его начали переводить из камеры в камеру, каждую ночь он спал в другой камере, и там были люди, которые не по 159-й (мошенничество) сидят, а по серьезным статьям.

В один из дней, когда всех выводили на прогулку, Эрика завели в соседнюю камеру, где сидел какой-то огромный амбал. Эрик (тоже немаленький) говорит: я сел напротив, а там человек просто килограмм двести. Он просто сидит и смотрит на него. Эрик говорит: я сел напротив и тоже смотрю. Эрик сидит, не дергается, потому что он весь напряжен: драться, не драться, что там будет происходить? Ну вот так они просидели минут 20—25, а потом тот начал смеяться. Конечно, это эмоционально страшно, потому что ты понимаешь, что это делают сотрудники, и делают они это сознательно.

После этого Эрика опять заводят в камеру, и к нему начинают приходить психологи, разговаривать с ним и оставлять в камере на столе бумажку с записью: «Склонен к суициду». И дальше психологи уходили.

— Эрик, уже когда был переведен в другой изолятор — в СИЗО-99/1 ФСИН РФ, говорил мне о двух предсмертных записках, которые он, находясь в «Матросской Тишине», передал на волю.

— Сергей (Жорин, адвокат) передал две сложенные бумажечки, на одной было написано «Аня», на другой — «Маня». Могу сказать честно, расшатали его тогда сильно, потому что записки были суицидные.

— Эрик еще говорил, что ему два раза нож к горлу приставляли.

— Тогда к нему очень плотно ходил в СИЗО Сергей Жорин, потом Жорин выходил в «Перископ», где рассказывал эти моменты. Было очевидно, что добром это не закончится. Угроза была реальна. Вся эта история закончилась после того, как все это было предано огласке.

— Эрик рассказывал, что к нему поначалу приходил Пятницкий (на тот момент заместитель председателя ОНК Москвы). Пятницкий брался улучшить условия содержания и обеспечить безопасность, и за это взял у вас 100 тысяч рублей, но ничего не сделал.

— Понимаете, вот честно, такое было. Это произошло после того, как Эрика с Петровки (где находится ИВС. — Е. М.) увезли в СИЗО. Я знаю, что если я сейчас буду на этом настаивать, то это будет лишний геморрой для меня. Потому что у меня там (в СИЗО) двое арестантов, и Пятницкий может заходить в изолятор. Я очень боюсь за Аню, за свою сестру.

Анна Каганская в суде, уже — за решеткой / Youtube

Если Эрик все-таки в «кремлевском» централе (в СИЗО-99/1 ФСИН РФ. — Е.М.), то «шестерка» (женский СИЗО-6 УФСИН по Москве.Е. М.) — это «шестерка», там никто ничего не гарантирует. Я очень боюсь, что он (Пятницкий) может сделать так, что ее перебросят на общую камеру.

(После ареста Эрика Китуашвили Павел Пятницкий многократно сообщал в соцсетях о посещении Давидыча, о том, что он регулярно проверяет условия его содержания, в том числе качество тюремных матрасов, передает ему лекарства и т.д. — Е. М.)

Ирина Каганская: Когда я услышала, что Пятницкий выходит в эфир в «Перископе» по поводу «ссаных матрасов» и говорит: «Ну, это нормально для СИЗО», — я помню, тогда адвокатам сказала: «Если человек, который должен улучшать условия тех, кто содержится в СИЗО, говорит, что это нормально, то ему надо сменить работу». Сам поспи на таком матрасе и скажи, нормально это или нет. Это же не человек, который на зоне отсидел 10 лет, говорит: «Это нормально», — это говорит человек, который в ОНК. Эрик потом уже со смехом рассказывал: «А матрас мне так и не поменяли, меня просто перевели в другой изолятор». Матрас был камнем преткновения, потому что Паша (Пятницкий) в «Перископе» сказал, что, типа, «я все сделал, у Эрика нормальный матрас». В итоге оказалось, что он даже лекарства Эрику не передал.

(В одной из своих записей в соцсетях Пятницкий заявил: «Эрик не друг мне, а товарищ, приятель, с которым было приятно общаться». Кстати, в интернете есть видеозапись, где в декабре прошлого года Пятницкий вместе с Давидычем в перерыве между гонками заходят в придорожное кафе…)

Ирина Каганская: А по поводу 100 тысяч было сказано, что эти деньги нужны для общака, чтобы у Эрика там все было ровно. Конечно, ты же ничего не понимаешь, что и как, ну надо на общак, значит, надо. Ты же не знаешь, что с ним там сделают, если не дашь.

— Каким образом Пятницкий мог эти деньги отдать на общак? У него что, есть выход на людей, которые держат общак?

— В этот момент, когда тебе это говорят, ты особо не задумываешься, потому что ты думаешь: ну это профессия человека, на которой он таким образом, в том числе, и зарабатывает.

Мне доступно объяснили, что эти деньги нужны, чтобы: а) к Эрику не задирались и б) что он кидает эти деньги, чтобы потом на них покупали еду. То есть все под достаточно благородным предлогом. Но я же не знаю, как это там на самом деле. Все же питаются историями, что в камере 12 человек, и, когда приходит передачка человеку, она уходит в три дня, если это большая камера. Поэтому в моей голове 100 тысяч на месяц на 12 человек как-то уложилось. Думала, ну, значит, будут есть, значит, кто приходит туда, тот скидывается. У меня вот такая картинка была.

Я отдала деньги, а мне Эрик говорит: «Зачем ты это сделала?! Лучше заведи мне карту, я бы тут сам платил». Я говорю: «Ну ты уже поздно сказал. Я же позиционировала его (Пятницкого) как твоего знакомого, мне в голову не могло прийти, что такое может исполнить человек».

— А Пятницкий сказал, что надо одноразово дать 100 тысяч?

— Если бы он все-таки что-то сделал, то, наверное, это было бы не единоразово. Если он действительно либо чем-то помогает, либо какую-то сумму отдает куда-то…

Я потом позвонила Пятницкому и сказала: «Знаешь, я не в той ситуации, я не дядя с набитыми деньгами мешками, чтобы со мной так поступать. Эрик конкретно сказал, что деньги не дошли. Будь добр тогда, верни мне их». Человек ушел со связи.

— Ирина, Пятницкий выходил на вас или на Аню по поводу 100 тысяч?

— На меня.

— А почему не на Аню?

— Когда Эрика закрыли (его же забрали на улице), только на следующий день, когда мы уже начали трубить вовсю — где человек, в 6 часов вечера мне позвонил бесплатный адвокат. Потому что Эрик написал ему Анин телефон, мой телефон и фамилию — Жорин. До Ани адвокат не дозвонился и позвонил по второму телефону, подошла я. Он говорит: «Я бесплатный адвокат Эрика, он задержан по 159-й». Я начала обзванивать людей. Пока я всех обзвонила, уже пошел прозвон между друг другом, что у Эрика такая ситуация. Объявился Дима Чугунов (комиссар движения «Наши», первый заместитель председателя Комиссии по безопасности и взаимодействию с ОНК Общественной палаты РФ, руководитель проекта «СтопХам». — Е.М.), который сказал, что сейчас приедет Паша Пятницкий и все разрулит.

В итоге Паша Пятницкий не появился, потому что он где-то уже пил, это было 22 февраля, праздники. Он объявился только в шесть утра и сказал, что он не смог попасть на Петровку. Я тогда была координатором, потому что Аня была просто в шоке. Мой телефон был у всех.

На Петровке Эрик был 10 дней. Мы Эрику собрали сумку на Петровку и отдали Диме Чугунову. Я лично не знала Чугунова, но нам сказали, что это хороший знакомый Эрика. А в итоге у этого знакомого сумка провалялась три дня. Я уже через адвокатов подняла хай, я сказала, что «ну вы совсем одурели, если вы сказали, что Паша (Пятницкий) везет эту сумку на Петровку, передаст, с одеждой (там трусы, носки и т.д.), то, наверное, она не может никак быть в багажнике у человека». Адвокаты начали названивать Чугунову, и только на следующий день передали Эрику сумку с вещами. Ну так, чтобы вы понимали, Эрик первый раз помылся через 19 дней.

— Вы потребовали у Пятницкого вернуть эти деньги?

— Ну да, а как? Потому что они же (деньги) не дошли до адресата.

СМС-переписка Ирины Каганской с Пятницким. Запикано слово, аналогичное слову «офигеть».

— А он вам что на это ответил?

— Он ничего не ответил. Он же уже не подходит к телефону, в этот момент ты просто нещадно пишешь SMS-ки.

Но все-таки, мне кажется, что он немного помог. Когда Аню в «шестерку» привезли, он потом через какое-то время отзвонился и сказал, что видел ее распределение, и попросил, чтобы ее хорошо распределили.

— Нет, это не его заслуга. Поскольку дело резонансное и статья 159 часть 4, то обычно таких арестанток помещают в спецблок, где маленькие камеры. Это обычная практика шестого изолятора.

— Видите, а я о нем думала, что все-таки исправился. Я подумала, что деньги-то он не вернул, но, может быть, он просто посчитал, что сделал доброе дело не Эрику, так Ане. Я сказала: «Спасибо тебе большое» — и больше не долбала его SMS-ми. Кстати, Пятницкий постоянно звонил мне с разных телефонов, когда где встретиться, — всегда другие телефоны были.

То, что делает Паша (Пятницкий), — это ненавязчиво предлагает определенную услугу, которую потом не выполняет. Я ошалела просто, когда поняла уровень внутренней его беспринципности.

P.S.

Эрик Кутуашвили во время моего посещения его в СИЗО-99/1 назвал Пятницкого одним из пяти главных своих врагов, с которым он обязательно разберется, когда выйдет на свободу.

P.P.S.

Павел Пятницкий в «Перископе»: «Я хожу в эти сраные, вонючие тюрьмы каждый день и помогаю не только Эрику и тем, кого я знаю, помогаю, не знаю, различным бабкам, дедам, малолеткам, которые сидят там, людям, которые нуждаются в лекарствах, людям, которые нуждаются в обследовании, людям, которые нуждаются в переводе в другую камеру. То есть мы делаем это ежедневно, это наш ежедневный труд, который никем не оплачивается».

P.P.P.S.

«Новая газета» неоднократно писала о деятельности Павла Пятницкого в качестве заместителя ОНК Москвы:

— публикация № 1: по словам родителей фигуранта дела «Оборонсервиса» Алексея Душутина (и самого Душутина), содержащегося на тот момент в СИЗО № 2 г. Москвы, Пятницкий взял у них 10 миллионов рублей для закрытия уголовного дела в отношении их сына;

— публикация № 2: по словам Сергея Полонского и его супруги, Пятницкий сразу же после экстрадиции Полонского в Россию стал требовать с них 100 тысяч долларов. Боясь за мужа из-за того, что Пятницкий, как зампред ОНК Москвы, мог свободно посещать Сергея Полонского в СИЗО, Ольга Полонская, по ее словам, уже отдала Пятницкому около 40 тысяч долларов;

— публикация № 3: по словам заключенной Элеоноры Барановой, для того, чтобы на последних месяцах беременности положить ее на сохранение в городскую больницу, Пятницкий через адвоката Барановой затребовал у семьи Элеоноры 300—350 тысяч рублей. Денег у родных Элеоноры не оказалось, заключенную на сохранение не положили, ребенок родился с многочисленными тяжелыми заболеваниями.

P.P.P.P.S.

В четвертый созыв ОНК в 42 регионах страны, который недавно сформировал Совет Общественной палаты РФ, не попали многие известные правозащитники. А вот Павла Пятницкого Совет ОП вновь включил в состав ОНК Москвы. Причем на первом же собрании ОНК Москвы Пятницкий предложил свою кандидатуру в председатели комиссии. Однако не набрал нужного количества голосов. Затем выдвинул себя в качестве заместителя председателя. Вновь недобор голосов. Ну и, наконец, рекомендовал себя в качестве ответственного секретаря комиссии. Опять облом.

Но не все еще для него потеряно. В ближайшую неделю члены ОНК Москвы соберутся, чтобы избрать заместителей председателя комиссии. Наверняка Пятницкий вновь будет предлагать себя в заместители. Возможно, на этот раз у него получится. А почему нет? Ведь правоохранительные органы, несмотря на публикации и заявления потерпевших, по-прежнему молчат, а сам Пятницкий утверждает, что он «честь на хлеб не менял»…

Источник: Новая Газета
Важно. Рейтинг — 4
Поделиться с друзьями

2 комментария

чувашка машка чувашка машка
10 ноября 2016 в 02:05

дележка сфер влияния околовращающихся МЛС
конечно, эта страшная сторона жизни, именуемая тюрьма - некий бизнес сейчас

Гутор Наталья Гутор Наталья
9 ноября 2016 в 16:01

Когда же, наконец, обратят внимание на Пашу? Иногда мелькнет по телеку, вид высокомерный, сазаленый, да и критиковать начнет кого-то или что-то. Сейчас, правда, реже его стало видно на телеканалах. Что-то больно много мышиной возни около этой "персоны"

Чтобы оставлять комментарии необходимо войти на сайт или зарегистрироваться

Мнение

Что я думаю о социальной сети Gulagu.net, проекте против коррупции и пыток?

Проект против пыток и коррупции Gulagu.net  сделал то, во что даже трудно поверить. Он объединил тысячи людей в борьбе против произвола в тюремной  системе.  О проекте знают в каждой колонии и в каждом СИЗО, и попасть "на карандаш" блогеров  для многих тюремщиков означает потерять авторитет и, возможно,  даже работу и порой - свободу.  Gulagu.net читают люди в ФСИН, в Кремле, его изучают граждане, живущие за рубежом, в том числе журналисты с мировым именем.  Мне известны случаи, когда после публикации на сайте возбуждались уголовные дела, задерживались коррупционеры, освобождались наконец невиновные.   Многие жалобы заключенные пишут сначала сюда, а потом уже в ОНК. Это говорит о высочайшем уровне доверия, о том, что арестанты знают - их просьбу о помощи не оставят в стороне. 

Меркачева Ева Михайловна
Журналист, заместитель председателя ОНК Москвы