Бизнес на заключенных

Нарушения прав человека чаще всего имеют экономические корни и затрагивают финансовые интересы определенных групп. Тюремная система не является исключением. В России в местах лишения свободы находятся порядка 650 тысяч человек. Это 7,5% от численности заключенных по всему миру. Притом что в общемировой численности населения наша страна занимает всего 2,4%. Количество заключенных на 100 тысяч населения у нас втрое выше среднемирового и в 1,5—2 раза выше, чем в странах бывшего СССР.

Каждый раз, когда правозащитники заявляют о нарушении прав человека в пенитенциарном ведомстве, в ответ им звучит: «У нас нет денег на создание приемлемых условий». Это не так. Деньги есть, и их объем огромен. За последние 10 лет под предлогом гуманизации бюджет Федеральной службы исполнения наказаний (ФСИН) вырос в 6 раз. На сегодняшний день тюремное ведомство занимает 6-ю строку по объемам финансирования среди министерств и ведомств. Его опережает Минфин (обеспечивающий дотации регионам), Минобороны, МВД, Росавтодор и Минобразования. Даже у Минздрава бюджет меньше, чем у ФСИН. Деятельность перечисленных ведомств охватывает все население страны, Министерство образования учит 14 миллионов школьников. ФСИН «обслуживают» всего 650 тысяч заключенных.

Бюджет в расчете на одного заключенного составляет порядка 400 тысяч рублей — это чуть меньше материнского капитала. При этом сами осужденные от возросшего финансирования получили крайне мало — на содержание одного заключенного тратится всего около 100 рублей в день. Основной объем бюджета ФСИН — 70—75% — уходит на финансовое обеспечение сотрудников самого ведомства. Их много, у них хорошие заработные платы, социальные льготы. Большинство сотрудников ФСИН носят погоны, что означает досрочную пенсию и возможность получения жилищных сертификатов. Штатная численность финансируемого из средств федерального бюджета персонала уголовно-исполнительной системы составляет почти 300 тысяч человек.

В расчете на двух осужденных приходится один сотрудник тюремного ведомства. В каждой колонии работают воспитатели, психологи, социальные работники. С таким кадровым обеспечением и объемами финансирования общество вправе рассчитывать на то, что из мест лишения свободы будут выходить люди, полностью адаптированные к жизни в обществе и готовые вести законопослушный образ жизни.

Однако на деле все происходит с точностью до наоборот. Уровень рецидивной преступности растет катастрофическими темпами. На сегодняшний день уже каждое второе преступление в стране совершается ранее судимыми лицами, тогда как десять лет назад — лишь каждое четвертое. Более 60% содержащихся в колониях отбывают наказание повторно.

Из мест лишения свободы люди выходят с поломанной психикой, без средств к существованию, чаще всего потеряв контакт с близкими людьми. Человек превращается в закоренелого зэка не за один день и даже не за один год. И виной этому та ситуация беззакония и бесправия, в которую заключенные попадают из-за действий самих тюремщиков. А вовсе не криминальная среда, как утверждают во ФСИН. Десять лет назад влияние криминальной среды в тюрьмах явно было более значимым, тем не менее рецидивистов оттуда выходило гораздо меньше.

Складывается ощущение, что людей в рецидивистов превращают специально, а численность тюремного населения удерживается на высоком уровне намеренно. Ведь уровень преступности в стране за десять лет снизился в 1,6 раза, количество насильственных преступлений — более чем в 2 раза. А вот число заключенных почему-то уменьшилось всего в 1,2 раза.

Тюремное ведомство перекладывает ответственность за такое положение дел на суды, поскольку они принимают решения о назначении наказания и о досрочном освобождении. Однако непричастность тюремного ведомства к низким темпам сокращения тюремного населения — это отговорка. Исправительные учреждения напрямую влияют на возможность досрочного освобождения осужденных — суды в 80% случаев соглашаются с их мнением о целесообразности УДО. Первоочередное значение для УДО имеют налагаемые администрацией исправительного учреждения взыскания, причем далеко не всегда это делается обоснованно и законно.

У ФСИН есть возможности формулировать для судебной системы рекомендации, какие меры пресечения и наказания лучше использовать для разных групп лиц. Ведь тюремное ведомство имеет полную информацию о поведении заключенных как в местах лишения свободы, так и при досрочном освобождении. Но этой статистикой ФСИН почему-то не считает нужным делиться ни с судами, ни с обществом.

Очевидно, что удержание числа осужденных на высоком уровне нужно для сохранения финансовых потоков. Как легальных, так и нелегальных, — ни для кого не секрет, что коррупция в тюремном ведомстве носит массовый характер. В результате в заложниках у тюремного ведомства остаются десятки тысяч человек, которые могли бы быть дома и приносить пользу обществу. Вместо этого общество вынуждено кормить огромное количество «лишних» заключенных и еще более «лишних» тюремщиков. С учетом все разрастающейся дыры в бюджете такие траты нам просто не по карману.

Ольга Киюцина,
эксперт ОГФ,
руководитель Института проблем современного общества

Источник: Новая Газета
Важно. Рейтинг — 13
Поделиться с друзьями

6 комментариев

Ol Ol Ol Ol
1 октября 2016 в 20:20

Это правда

Medvedeva Olga Medvedeva Olga
17 сентября 2016 в 19:39

Отличная и правдивая статья!

чувашка машка чувашка машка
15 сентября 2016 в 12:47

ФСИН - черная дыра для бюджетных денег, одна хорошая независимая проверка вытащит на свет такие преступления, которых еще Россия не встречала. Сборище непрофессионалов, и воруют они бесхитростно. Все лежит на поверхности, особенно во ФГУПАХ, имитация производства, закупки по завышенным ценам, дебильные управленческие решения. Деньги текут рекой в карманы бывших и настоящих генералов. Куда смотрят спецслужбы? !

Чтобы оставлять комментарии необходимо войти на сайт или зарегистрироваться

Мнение

Что я думаю о социальной сети Gulagu.net, проекте против коррупции и пыток?

Социальная сеть  Gulagu.net  - наиболее авторитетный и эффективный негосударственный правозащитный ресурс.  Авторы постов и открытых писем не всегда бывают правы  и не всегда могут  проверить достоверность информации, однако  они всегда действуют в общественных интересах и пытаются помочь людям. Обижаться на Gulagu.net, если они бывают неправы, то же самое, что  ругать полицейского, который, задержав киллера при захвате, сломал ему щипчики для ногтей.

Бабушкин Андрей Владимирович
Член Совета при Президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека, член ОНК Москвы