«Три трупа и тишина»

Фото: Юрий Тутов / ТАСС

В исправительной колонии № 14, расположенной в Новочеркасске Ростовской области, за неделю погибли трое заключенных. Во ФСИН так и не прокомментировали эти инциденты, а пресс-служба СК не сообщала о проведении доследственной проверки, хотя после появления информации о гибели осужденных в СМИ это — стандартная реакция ведомства. «Медиазона» попыталась выяснить, что происходит в ИК-14.

Три смерти

7 февраля Gulagu.net впервые сообщил о гибели двоих заключенных в ИК-14. По данным правозащитного проекта, первый заключенный умер на территории колонии 31 января; его смерть в администрации учреждения назвали самоубийством. Основатель проекта Владимир Осечкин приводил имя погибшего — по его данным, это был 33-летний Александр Смирнов.

Другой заключенный, чью смерть в администрации ИК называют суицидом — 43-летний Игорь Кливченко. Анонимный источник Gulagu.net (по мнению волонтеров проекта, сотрудник исправительного учреждения) рассказал, что вечером 4 февраля Кливченко был этапирован обратно в колонию из тюремной больницы № 19. По прибытии в ИК осужденный якобы просил дать ему возможность обратиться в прокуратуру с жалобой на ненадлежащее лечение; это привело к конфликту с сотрудниками колонии.

По официальной версии, труп Кливченко обнаружил дневальный, произошло это 5 февраля в 04:14 в помещении 11-го отряда. Дневальный рассказал членам ОНК Евгении Ивановой и Олегу Сокуренко, что у погибшего были еще теплые руки; вместе с осужденными Игорем Овчаруком и Игорем Дранкой он перерезал веревку и попытался сделать Кливченко массаж сердца, но спасти его уже не смогли.

Gulagu.net обращает внимание, что тело Кливченко нашли в комнате для хозяйственного инвентаря, куда рядовые заключенные могут попасть только в сопровождении дневального или начальника отряда. Координатор проекта в Ростовской области Антон Дроздов в разговоре с «Медиазоной» отметил, что в этом помещении балка, на которой Кливченко якобы повесился, находится на высоте трех метров. Чтобы проникнуть в помещение, только что вернувшемуся из больницы заключенному нужно было бы пролезть в форточку; по словам Дроздова, именно такую версию событий считают убедительной во ФСИН.

Согласно анонимному сообщению, которое получил Gulagu.net, начальник оперативного отдела вместе с подчиненными избил Кливченко в помещении отдела, а затем передал его осужденным, «якобы поддерживающим т.н. "воровские традиции" (по сути — негласные агенты опер. отдела)». В 11-м отряде они якобы продолжили избивать Кливченко, в итоге забив его до смерти, утверждает источник. Затем инцидент попытались выдать за самоубийство.

5-6 февраля от свидетелей происшествия из числа осужденных требовали дать выгодные администрации ИК-14 письменные объяснения о случившемся и показания на опросе следователями и прокурором, говорится в заявлении Gulagu.net.

По данным Осечкина, сотрудники колонии вымогают у осужденных деньги и фактически торгуют УДО, поощрениями и режимными поблажками. В этом им помогают заключенные, которых он называет «негласными агентами» ГУ ФСИН региона, прикрывавшимися легендой о своей принадлежности к преступному миру. Кроме того, за деньги эта группа проносила в колонию мобильные телефоны, наркотики и другие запрещенные предметы, сказано в заявлении правозащитного проекта. На осужденных, которые пытались жаловаться, сотрудники ИК и «блатные» оказывают давление.

Через два дня, 9 февраля, Gulagu.net опубликовал информацию о еще одном заключенном ИК-14, погибшем в ночь на 5 февраля. По информации проекта, 4 февраля в колонию с проверкой приезжали сотрудники ГУ ФСИН, они сделали замечание за самодельные шторки у кроватей заключенных, что запрещено правилами внутреннего распорядка. Такая шторка была и у 62-летнего Сергея Токарева.

Руководство ИК-14, как утверждает источник Gulagu.net, поручило сотрудникам оперативного отдела наказать осужденных, у которых были обнаружены самодельные шторки. Оперативники, в свою очередь, связались по мобильным телефонам с «негласными агентами из числа криминальных лидеров колонии» и перепоручили наказание им. После вечерней проверки «провинившихся» заключенных позвали в отряд с «блатными», которых было как минимум пятеро. Они по очереди избивали заключенных руками и ногами. Последним избили Токарева, он скончался на месте.

Gulagu.net указывает, что сначала погиб Токарев, а затем, примерно спустя три часа — Кливченко.

Ассириец, Огурец и ГУ ФСИН

Еще через два дня, 11 февраля, Осечкин сообщил, что координатору Gulagu.net в Ростовской области Антону Дроздову грозит опасность.

«По нашей информации к расправам над неугодными заключенными причастны криминальные лидеры "Жора Ассириец" и "Огурец" — один из них имеет статус "положенец" (на положении т.н. вора в законе в колонии, и его слово — приказ для любого из тысячи осужденных, за неисполнение которого — расправа), другой — смотрящий (от тех же т.н. "воров") за всеми колониями Ростовской области. Причем оба эти бандита — осуждены по одному и тому же делу и (!!) отбывают срок в одной колонии», — сказано в заявлении Осечкина. Анонимный источник рассказал Gulagu.net, что Ассириец и Огурец готовят расправу над Дроздовым, который подавал заявления о коррупции и должностных преступлениях сотрудников областного ГУ ФСИН.

Имена Жоры Ассирийца и Сереги Огурца в базе данных агентства «Прайм Крайм», которое специализируется на новостях из мира профессионального криминалитета, не встречаются.

Бывшие заключенные и родственники осужденных, которые в настоящее врем находятся в ИК-14, затем рассказали Gulagu.net об условиях отбывания наказания в этом учреждении. По их словам, жизнь колонии контролируют члены организованного преступного сообщества «Галоша», которых негласно поддерживают отдельные сотрудники оперативного управления ФСИН. Родственники утверждают, что со всех заключенных под предлогом поддержания «воровского общака» ежемесячно собирают деньги: часть этих сумм получают сотрудники ГУ ФСИН, другую — члены сообщества, которое возглавляют те же Жора Ассириец и Серега Огурец. Жалобщиков и неплательщиков избивают палками и пластиковыми трубами заключенные, которые подчиняются криминальным лидерам.

Членам преступного сообщества, которые отбывают наказание в ИК-14, по данным Gulagu.net, удавалось проворачивать крупные аферы с помощью мобильных телефонов и интернета. Согласно заявлению проекта, вырученные от мошенничества деньги делили сотрудники ГУ ФСИН и члены группировки. Однако позже на заключенных завели уголовное дело, и высокопоставленный сотрудник ГУ ФСИН дал санкцию на привлечение к ответственности одного из руководителей «Галоши» по прозвищу «Горбань». Тем самым чиновник отводил подозрения от себя, считают в Gulagu.net.

Дроздов предполагает, что этот чиновник — начальник оперативного управления ГУ ФСИН по Ростовской области. Сейчас эту должность занимает Дмитрий Скребец.

«С наибольшей вероятностью предполагаю, что там ОПС — вместе с сотрудниками. Без поддержки сотрудников поборы, избиения, убийства были бы невозможны. Там как минимум собственная безопасность замешана. У нас в Ростовской области смотрящий и положенцы решают вопросы с человеком с управления (ГУ ФСИН — МЗ). Сейчас им невыгодно жить как раньше, сидеть в изоляторах. Они лучше будут жить под сотрудниками, будут якобы блатными», — считает Дроздов.

Блатные

Координатор Gulagu.net по Ростовской области считает, что обстоятельства смерти заключенных в ИК-14 были не такими, как их преподносят представители ГУ ФСИН в разговорах с правозащитниками и родственниками погибших. Якобы повесившийся Смирнов, отмечает Дроздов, был близок к блатным и сам участвовал в поборах и вымогательстве. Уроженец Таганрога из назначенного ему срока в 18 лет отбыл примерно четыре года. Какие у него могли быть причины для суицида, Дроздов не понимает. Он отмечает, что Смирнов незадолго до смерти переписал свое имущество на родственников. По мнению Дроздова, причиной смерти заключенного стал конфликт с другими блатными.

В истории 62-летнего Токарева координатор правозащитного проекта обращает внимание на возраст погибшего: причиной смерти пожилого мужчины стали, скорее всего, не сами побои, а сердечный приступ. По данным Дроздова, осужденные из числа блатных избили заключенных, которые нарушили правила внутреннего распорядка и навлекли на администрацию ИК-14 выговор от проверяющих из ГУ ФСИН. Насилие применялось и к Токареву.

В третьем случае Дроздов указывает, что Кливченко в первый раз госпитализировали из-за инсульта, который случился у него во время отбывания наказания в ИК-14. По возвращении из больницы в колонию одна сторона тела у него оставалась парализованной.

«По нашей информации, сначала его завели в оперотдел. Его там побили. После чего вызвали криминальных лидеров, и они увели его в отряд. Но вызвали именно смотрящего из отряда. Затем туда пришли четыре молотобойца из "Кремля" (помещение 2-го отряда колонии — МЗ) и добивали его трубами из-под воды, пластиковыми», — рассказывает Дроздов.

Координатор Gulagu.net вышел на связь с родственниками Кливченко и сопровождал мать погибшего, когда та пыталась попасть в морг на опознание. Однако сотрудники морга не пустили женщину в помещение, сославшись на отсутствие следователя, без которого проводить опознание заключенного нельзя. Дроздов отмечал, что в морге присутствовали сотрудники силовых структур, «ФСБ или ФСИН»; в здании ужесточили пропускной режим, сославшись на террористическую угрозу — посетителей в морг пускали строго по одному.

«В этот день все посетители стояли на улице и возмущались: "Только вчера мы заходили в морг, а сегодня все закрыто и пускают по одному"», — вспоминает Дроздов.

После визита в морг семья Кливченко (его мать и родная сестра) отказалась от помощи Дроздова: «На следующий день этих родственников, их как подменили: "Нам ничего не надо, нет, спасибо". Может, их подкупили».

Двоюродная сестра Кливченко Людмила рассказала, что более близкие родственники погибшего действительно больше не хотят обращаться за помощью к правозащитникам: «Родственники не хотят ничего. Они похоронили и все».

Сама Людмила не верит, что ее кузен действительно покончил с собой. «Но от моих слов ничего не изменится», — вздыхает женщина.

Дроздов приезжал в Новочеркасск и встречался с медиками, которые пытались оказать помощь Кливченко. В личной беседе они сказали, что у заключенного вся спина была синей, говорит координатор Gulagu.net.

«Вопросов вообще особо не было»

В то же время член ростовской ОНК Алексей Селезень, который посещал колонию после сообщений о гибели заключенных, подтверждает факт суицида Смирнова и Кливченко, а в случае Токарева, говорит он, «вопросов вообще особо не было» — сердечный приступ.

«Насколько я слышал, этот человек (Смирнов — МЗ) был приближенный к блатным, и проблем с зеками и сотрудниками у него не было. Говорят, что у него были какие-то конфликты в семье, связанные с разделом имущества. Он был на длительном свидании и, вернувшись с него, настроение у него было плохое. А на следующий день произошла такая трагедия, он полез в петлю. Большинство склоняются к тому, что там были какие-то семейные проблемы. Это то, что я слышал от сотрудников и самих заключенных», — рассказывает Селезень.

Мнение об инциденте с Кливченко у члена ОНК схожее — вероятной причина суицида стали личные проблемы и невозможность вернуться к работе по специальности: заключенный был плиточником, но после инсульта одну руку парализовало.

«Он понимал, что впоследствии не сможет работать по основной своей специальности; потом, по-моему, от мамы узнал, что его гражданская жена решила оставить его. И это все, я думаю, по моему субъективному мнению, повлияло», — рассуждает Селезень о возможных причинах третьего инцидента. Он ссылается также на источники в «компетентных органах», которые заключили, что на теле Кливченко не было признаков насильственной смерти.

Член ОНК скептически относится к информации Gulagu.net. «Сами (заключенные — МЗ) все смеются и не понимают, для чего это делается. От таких статей страдает сама же масса. Очень много проверок, и это сказывается на всех: и на сотрудниках, и на осужденных, общая нервозность», — говорит Селезень.

Без комментариев. Официальная позиция

Ростовский главк ФСИН и областное управление Следственного комитета никак не реагируют на публикации о гибели заключенных, на официальных сайтах ведомств пока не появилось каких-либо комментариев. Более двух недель ГУ ФСИН не выдвигает своих версий — что случается не часто, если информация о смерти осужденного попадает к правозащитникам и журналистам.

В пресс-службе ГУ ФСИН отказались ответить на вопросы «Медиазоны» о ситуации в ИК-14 по телефону и согласились дать комментарий только по письменному запросу; ответа на него к моменту публикации заметки не последовало. В региональной прокуратуре по надзору за соблюдением закона в исправительных учреждениях также не стали говорить о гибели заключенных по телефону, предложив составить запрос. Оперативно ответить на него в прокуратуре также не смогли.

Координатор Gulagu.net Антон Дроздов не понимает, почему ГУ ФСИН не комментирует гибель заключенных. Он отмечает, что на прежние его публикации о нарушениях в колониях региона ведомство реагировало, публикуя на своем сайте официальную позицию или опровержение. «Здесь же три трупа и тишина. Никаких опровержений», — недоумевает Дроздов.

По данным члена ОНК Алексея Селезня, уже около недели-двух в ИК-14 идут проверки. «За эти дни там очень много проверяющих структур, там проверяют прокуратура, там проверяют ФСБ, СК, там проверяют сотрудники УФСИН», — говорит он.

Источники Дроздова также сообщают о постоянных проверках в колонии. Например, 13-14 февраля проходили обыски на промзоне. «Местными силами, сотрудниками управления ГУ ФСИН, поизымали штанги, гантели, запрещенные предметы. Промышленную зону перевернули. Потом был обыск, я так понимаю, с генералами, с прокуратурой во 2-м отряде, то есть, где жили непосредственно эти криминальные авторитеты. Там вынесли телевизоры, плазму, аквариум, много-много предметов запрещенных, предметы, блага, не положенные в соответствии с ПВР (правилами внутреннего распорядка — МЗ)».

По последним данным Осечкина, на днях ростовские колонии объехали подчиненные начальника оперативного управления ГУ ФСИН Дмитрия Скребца, собирая информацию о правозащитниках и родственниках осужденных, которые к ним обращались. Как рассказал источник, сотрудники убеждали заключенных, что Gulagu.net — «пятая колонна», которая хочет опорочить руководство ГУ ФСИН, а доверять можно только представителям ОНК. Также оперативники распорядились изъять у рядовых заключенных мобильные телефоны, чтобы те не звонили «куда попало».

«Был сходняк по моей судьбе»

Координатор Gulagu.net сейчас покинул Ростовскую область и находится в Подмосковье: источники Дроздова в разных колониях ростовского управления ФСИН сообщили, что криминальные авторитеты из ИК-14 готовят над ним расправу. Волонтер утверждает, что угроза убийством исходит от Жоры Ассирийца и Сереги Огурца.

«Был сходняк в ИК-14 по моей судьбе. Причем с администрацией учреждения, — говорит Дроздов. — Самое страшное, что мной заинтересовались не только криминальные авторитеты. Были задеты интересы более влиятельных людей. Мы предполагаем, что там замешаны сотрудники ГУ ФСИН Ростовской области и непосредственно первые лица, такие, как Скребец и ряд других, которые, по информации моих источников, все это покрывают своим молчаливым согласием. И наверняка они с этого что-то имеют».

Ростовский координатор Gulagu.net принял решение покинуть область, когда заметил за собой слежку. Ранее его жалобы на нарушения в колониях не приводили к таким последствиям.

«По моим подсчетам, ИК-14 за один только месяц при том положении, которое было, собирала от полутора миллионов рублей. Я думаю, что коррумпированность при таких суммах будет более чем высокая», — говорит Дроздов, отмечая, что из-за проверок блатные сейчас не могут собирать сопоставимые суммы.

Источник: Медиазона
Важно. Рейтинг — 9
Поделиться с друзьями

7 комментариев

Я как бывший осужденный расскажу из своего личного опыта о том, как ОНК РО, в лице гражданина Петрашиса Л.В. и гражданина Селезня А.А. защищает права осужденных.
В феврале 2014 года я обратился в ОНК по поводу неправомерных действий администрации ИК-15 ГУФСИН России по Ростовской области в отношении меня. Вопрос был очень серьезным ( криминально-коррупционного характера ) и касался не только меня, но и многих других осужденных. В связи с этим ОНК посещало колонию несколько раз. Изначально от ОНК нашим вопросом занимались Е.К. Елисеева, В.В. Стадников, О.В. Сокуренко и дело пошло в правильном направлении, пока его не испортил Петрашис. Я и еще несколько осужденных передали Петрашису запечатанную корреспонденцию, адресованную Елисеевой, Стадникову и Сокуренко, с которыми встретиться лично мы не смогли, так как этому помешал Петрашис. После убытия из колонии ОНК я был вызван в кабинет к начальнику колонии А.П. Никифорову для "воспитательной беседы", где присутствовал начальник оперативного отдела ГУФСИН Скребец Д.В. У Скребца в руках, в файле, уже в распечатанном виде я увидел наши обращения в ОНК, которые были переданы Петрашису. Через некоторое время в составе ОНК не стало Елисеевой и Стадникова, а меня по сфабрикованным материалам перевели в ПКТ.
Когда я находился в ПКТ ко мне в камеру приходил Селезень. Последний его визит мне запомнился особенно. В камере очень сильно и во многих местах протекала крыша. Как на кануне, так и в день визита Селезня шли проливные дожди и по всей камере стояли тазы с водой и были расстелены тряпки. Селезень вошел в камеру, осмотрелся, и как ни в чем не бывало, абсолютно невозмутимым тоном спросил: "Жалобы на условия содержания имеются?" Я ответил: "А как Вы сами думаете? По-моему, условия содержания налицо." Селезень ушел, а условия содержания так и остались, пока я из этой камеры по концу срока не освободился.

Груднева Светлана Груднева Светлана
16 февраля 2016 в 20:17

Все тайное становится явным. Расправа над беспределом не за горами!

Стадников Виталий Стадников Виталий
16 февраля 2016 в 19:30

В ОНК Ростовской области уже давно не кто не работает по защите прав осужденных. Если проанализировать все преступления совершенные в ИК РО по пыточному реестру за последние три года, который в свою очередь был направлен Президенту Путину В.В. Можно сделать вывод ОНК РО не приняла не каких мер по прекращению коррупции и преступной деятельности совершаемых в колониях РО. Зато проводит семинары и занятия с сотрудниками ГУФСИН о недопустимости нарушений в колониях и о помощи осужденным. На мой взгляд просто нужно менять руководство ГУФСИН РО которое давно уже не работает и допускает коррупцию и преступную деятельность в колониях. Так жен считаю что нужно добиваться полного и достоверного расследования от СК РФ о совершенном убийстве в ИК-14. в плоть до эксгумации трупов и проведения судебной независимой экспертизы.

Пятакова Александра Пятакова Александра
16 февраля 2016 в 21:20

Это закономерно в деятельности ОНК РО. Кто во главе? Петрашис, Блохин, Селезень.... И что можно было ожидать? Вот именно то, что есть - семинары на 15 млн. за три года ( и это только у Петрашис). И рядом с этой неприглядной компашкой ОНК РО - все, кто в форме, кто в гражданке, в общем все, кто "причастился" к расходованию данных федеральных бюджетных средств на проведение встреч, бесед и т.д..... На болтовню о «великом» правозащитном деянии без зазрения совести и чувства профессионального и служебного долга.....
И никому не нужен результат по защите прав содержащихся. Поэтому в ИК-14 три трупа за неделю.

лисецкий сергей борисович лисецкий сергей борисович
16 февраля 2016 в 19:28

Смотрят на реакцию общественности

ОНК Ростовской области не работает абсолютно по защите прав осужденных. А только способствует ГУФСИН РО по укрытию совершаемых преступлений сотрудниками ГУФСИН.

Конечно, позорная история.

Её итоги покажут, способна ли ФСИН отказаться от гулаговской порочной практики и пресечь коррупцию и сращивание администрации учреждения и криминалитета, или нет...

И да, комментарий нынешнего состава ОНК РО наглядно показывает, что защита прав простых заключённых видимо не входит в их компетенцию.

Чтобы оставлять комментарии необходимо войти на сайт или зарегистрироваться

Мнение

Почему я занимаюсь правозащитой и общественным контролем в тюрьмах?

Я считаю, что тема общественного контроля – это одно из основных направлений общественно-государственного партнерства, развитию которого в нашей стране я посвятил ни один год своей жизни. Являясь членом Общественной палаты Российской Федерации, я постоянно получаю с мест жалобы граждан на нарушения и ущемление их конституционных прав, незаконные действия, совершаемые по отношению к ним и т.д. Большой поток писем идет в мой адрес от осужденных, отбывающих наказание в учреждениях ФСИН.

Никогда не следует забывать, что основная задача государства и общества в отношении осужденных – это их перевоспитание. В этом заключается главный смысл отечественной пенитенциарной системы. Одновременно надо помнить, что люди, отбывающие наказание, решением суда ограничены в свободе, однако никому не дано право издеваться над ними, обрекать их на потерю здоровья, вымогать у них деньги, унижать и избивать их. И если мы хотим вернуть государству и обществу полноценных граждан, такое отношение к оступившимся людям недопустимо. Ещё Пушкин говорил о «милости к падшим». С беззаконием и любыми другими нарушениями в местах отбывания наказания, с халатным исполнением должностных обязанностей сотрудниками пенитенциарных учреждений, а порой и откровенно преступным их поведением мы должны и будем бороться. Смысл работы общественного контроля в системе ФСИН я вижу как раз в этой борьбе.

Дмитрий Галочкин
Член Общественной Палаты РФ, член Комиссии по общественному контролю, общественной экспертизе и взаимодействию с общественными советами