МинЮст утвердил новые ПВР СИЗО

Всех матерщинников и «ботающих по фене» арестантов СИЗО ждет неприятный сюрприз. Минюст своим приказом утвердил поправки в правила внутреннего распорядка следственных изоляторов, в том числе официально запретив подозреваемым и обвиняемым использовать в общении между собой нецензурную брань, жаргон, угрозы, оскорбления и клевету. Также им запрещено менять, продавать и покупать личные вещи, нарушать режим лечения и правила переписки. За неисполнение запретов предусмотрено наказание: при систематических нарушениях арестанту могут объявить выговор с занесением в личное дело и даже отправить в карцер на срок до 15 суток. Этим же приказом Минюст расширил список разрешенных в СИЗО вещей и предметов, в него теперь попали электрочайники, костюмы, платья, туфли, дубленки и шубы, пластиковая посуда, медтехника, мочалки и электронные книги. Правозащитники опасаются, что новые запреты могут привести к злоупотреблениям со стороны сотрудников.

Больше всего изменений новый приказ Минюста внес в правила поведения подозреваемых и обвиняемых. Например, если ранее им предписывалось только соблюдать требования гигиены и санитарии, то теперь арестанты должны «содержать одежду и постельные принадлежности в чистоте и порядке, содержать в чистоте камеру, в том числе и санузел».

В списке запретов появилось шесть новых пунктов. Так, отныне арестантам официально запрещено использовать в лексиконе жаргон, нецензурные, угрожающие, оскорбительные или клеветнические выражения. Обитателям также запрещено закрывать видеообъектив в камере, накрывать или занавешивать светильники, отдавать другим или брать самим чужие личные вещи, покупать или одалживать их, нарушать режим лечения, принимать лекарства без предписания врача СИЗО, иметь их в камере больше, чем выдано на один день, за исключением разрешения медиков, а также вести переписку с нарушением требований. В последнем случае речь идет о пресловутых «дорогах», когда арестанты протягивают между этажами и камерами веревки, по которым переправляют друг другу нелегальные письма, предметы, лекарства, наркотики, деньги.

Эти запреты теперь утверждены официально, поэтому за их нарушение арестанта могут наказать.

— Если человек будет ругаться матом или использовать жаргон, сотрудники СИЗО его сначала предупредят. Если он не поймет и будет сознательно продолжать нарушать правила, ему могут вынести выговор. При систематических нарушениях арестанта могут поместить в карцер на 15 суток, — рассказал «Известиям» источник в Федеральной службе исполнения наказаний (ФСИН), курирующей СИЗО.

По его словам, выговор в личном деле арестанта может грозить ему в дальнейшем неприятностями. Например, если подследственный будет осужден и затем подаст прошение об условно-досрочном освобождении (УДО), для суда такой выговор будет нарушением режима. Это может стать основанием для отказа в УДО.

Эксперты считают некоторые запреты оправданными, однако сомневаются, что администрации СИЗО смогут контролировать их исполнение.

— Я, как адвокат, могу только приветствовать запрет мата и жаргона при общении арестантов, что может оздоровить атмосферу и повысить общий уровень культуры. Учитывая то, что большинство арестантов — выходцы из маргинальной среды, а мат зачастую является для них основным языком, этот запрет будет для них полезным, — рассказал «Известиям» адвокат Алексей Михальчик. — С другой стороны, пока непонятно, кто и как это сможет контролировать в СИЗО.

Минюст утвердил не только запреты, но и ввел поблажки для арестантов. Например, значительно расширен список разрешенных вещей и предметов. В нем появились рубашки, костюмы, пиджаки, брюки, платья, юбки, шорты, свитера, кофты, куртки, дубленки и даже шубы, шапки, бейсболки, обувь сезонная и спортивная. Теперь в камерах официально разрешены электрокипятильники и чайники мощностью не более 0,6 кВт, мочалки и губки для мытья посуды, пластиковая посуда, а также медприборы — тонометры, глюкометры, слуховые аппараты.

В приложение о дополнительных услугах в СИЗО добавлена возможностью выдавать арестантам планшеты и электронные книги, которые находятся на балансе учреждения и прошли необходимую проверку. Например, у них нет возможности выхода в интернет, карт памяти, блоков фото-, видео- и аудиофиксации. Кроме того, арестанты смогут заказать доставку в камеру литературы и периодических изданий из розничной торговой сети.

По мнению правозащитников, новые запреты оставляют поле для злоупотреблений со стороны сотрудников ФСИН.

— Я считаю, что эти нормы могут представлять опасность и стать одним из рычагов давления на арестантов. Если по нецензурным выражениям у меня вопросов не возникает, то другие понятия прописаны очень туманно и оставляют поле для произвола. Например, что подразумевается под понятием «жаргон»? Практически у каждой профессии есть свой жаргон, но это же не может быть поводом для наказания, — уверен правозащитник Валерий Борщев.

С ним согласен и адвокат Юрий Гервис.

— Здесь важно понять, на кого возложат контроль за исполнением запретов, для чего все это будет делаться, — отметил он. — Получается, что человек может пару раз выругаться, а ему за это начнут выносить взыскания. Это уже будет формой воздействия, потому что, например, взыскания отражаются на УДО, на разрешениях на свидания.

Источник: Известия
Важно. Рейтинг — 7
Поделиться с друзьями

8 комментариев

Вот так подправил Минюст...Просили улучшения условий содержания в СИЗО? - Получите. Но за это мы вас еще больше прижмем. Будете сидеть в ШИЗО еще чаще, т. к. зависимость от надзирающих еще больше увеличилась. А безнаказанно нецензурно выражаться можно только сотрудникам СИЗО. Это и раньше все знали Для них - то правила никто не менял. Почему же у нас все хорошие инициативы обязательно превратят в ухудшение положения людей?

Коробка Юлия Коробка Юлия
14 января 2016 в 15:10

Я из семьи где вообще не выражаются матом, супруг пишет и разговаривает исключительно литературным языком, чего не сказать обо мне, нет- нет да выскачет словцо, а то и три)) я себя оправдываю нервами, пробками на дорогах, раздражителями на работе и тд. но это я вам скажу такая ужасная привычка что уже с ней пытаюсь бороться около 2 лет и не фига. А арестанты разговаривают многие просто матом и их хотят сейчас перевести на социальную нормальную речь??? О чем ну о чем можно говорить если я с тремя словцами не могу управиться?

В целом принятые изменения направлены, исключительно на создания у подследственных (считающихся в соответствии со ст. 14 УПК РФ невиновными) нервного напряжение и провокацию агрессии.
На что можно обратить внимание: - теперь, люди месяцами (годами) будут содержаться в 4-х стенах не видя ярких красок (ранее хоть цветное пастельное бельё, вносило разнообразие, теперь оно запрещено). Обвиняемым запрещено вербальный выражать эмоции, нельзя выплеснуть накопившееся напряжение в малой дозе, теперь арестантов станет проще спровоцировать на агрессию, сдержать её станет тяжелее, случаев явной агрессии будут больше.
У арестантов пытаются отнять язык - очень смелый эксперимент с непредсказуемыми последствиями, учитывая, что в регионах с большой концентрацией ИУ, такой язык с детства.
И наконец: запрет передавать и брать вещи, ущербная попытка отнять у арестантов человеческое. В СИЗО, часто доставляют арестованных в одних шортах и пляжных тапочках, или в одежде пришедшей в негодность в ходе задержания... В тюрьме такого бедолагу сокамерники оденут, дадут вещи съездить в суд, а если повезёт освобождаться из СИЗО - проявят человечность, что бы он не вышел в -30С в одной майке.... Уверен, такие непродуманные "поправки" будут игнорироваться, поскольку очень далеки они от целей содержания под стражей и ст. 2 Конституции РФ.

Необходимо и сотрудников всех ступеней правоохранительной системы научить пользоваться языком Пушкина и Толстого, а не той самой охраняемой системы

Пантелеев Борис Еремеевич Пантелеев Борис Еремеевич
14 января 2016 в 11:11

"...отдавать другим или брать самим чужие личные вещи..."
ну это старая песня о главном. Теперь христианские мотивы будут не в почете. Тот кто захочет подарить своему собрату по несчастью носки на день рождения, или поделиться куском колбасы из пришедшей посылки будет нарушителем...

Пантелеев Борис Еремеевич Пантелеев Борис Еремеевич
14 января 2016 в 11:08

"... арестантам официально запрещено использовать в лексиконе жаргон, нецензурные, угрожающие, оскорбительные или клеветнические выражения..."
А как быть с сотрудниками, которым не устаю все время делать замечания - нельзя материться, нельзя использовать жаргонизмы, нельзя клеветать...?!
Уж вообще молчу про многие фильмы, которые, по идее, нужно изъять из проката...

Мы тут с Леной Абдуллаевой вспоминали, как всё это начиналось. С письма Ярослав Нилов в МинЮст, с обсуждений на заседании рабочей группы доп.списка разрешённых предметов... Всем коллегам спасибо, кто помогал тогда продвигать эту идею. Жаль только что к гуманистичному проекту добавили силовую репрессивную составляющую..

А вот с этого всё и началось http://komitet2-22.km.duma.gov...

Взяли нашу инициативу о расширении перечня разрешённых предметов за основу, но при этом прибавили очередные "мЕчты надзирателей". Ну почему они не могут хотя бы что-то сделать по-человечески?

Чтобы оставлять комментарии необходимо войти на сайт или зарегистрироваться

Мнение

На сколько важно правозащитникам, в том числе членам ОНК публиковать результаты своих проверок и расследований?

Правозащитники, в том числе члены ОНК, должны иметь право во время проверок иметь диктофоны, фото и видео. Пока это не является всеобщей практикой. Надо искать, вырабатывать формы отчета о проведенных проверках (плановых, внеплановых, по имеющимся сигналам).  Как практик, знаю, насколько объемным может получится материал. И проблема не только отразить все существенное в нем, но и потом переработать и осмыслить, превратить  в дальнейшем в отчеты, рекомендации или обращения. Так, разработку подобной "методички" Вы могли бы осуществить и предложить Общественной Палате РФ и ОНК. Зная Ваши организационные и экспертные возможности, могу предположить, что у авторитетного медиапортала ОНК.РФ и экспертов это получится быстро и эффективно. Публиковать отчет необходимо параллельно итогам проведённых проверок СК и прокуратуры, как минимум.

Дмитрий Галочкин
Член Общественной Палаты РФ, член Комиссии по общественному контролю, общественной экспертизе и взаимодействию с общественными советами