Суд обязал освобождать смертельно больных заключенных даже с долгами

Верховный суд России обязал освобождать смертельно больных осужденных, как бы они себя ни вели за решеткой. Перед лицом неизлечимой болезни подобные вещи теряют свое значение.

Подобное объяснение Верховный суд включил в свежий обзор судебной практики. Примером стало дело гражданина И., осужденного в Калужской области 2013 году на пять лет за мошенничество в особо крупном размере. В том же году он подал ходатайство об освобождении в связи с болезнью.

В суде выяснилось, что человек действительно страдает заболеванием, которое входит в "черный" перечень: с такими диагнозами держать за решеткой нельзя. В большинстве своем это смертельные болезни - они или изначально неизлечимы, или достигли уже той стадии, когда современная медицина разводит руками. Дни человека сочтены.

Однако нижестоящие инстанции отказались отпускать осужденного. Они объяснили, что человек осужденный получает регулярное лечение, сведений о наличии у него родственников или близких, которые могут и согласны осуществлять уход за ним в случае его освобождения, суду не представлено. Кроме того, продолжали  судьи, осужденный совершил ряд преступлений, в том числе тяжкое (то есть то самое мошенничество) отбывает наказание в обычных условиях содержания, имеет единственное поощрение от администрации колонии, характеризуется неопределенностью в поведении. Иными словами, как ведет себя, непонятно, а преступления тяжелы, поэтому лучше оставить человека в тюрьме. К тому же, указали суды, человек не погашает долги по искам. Все эти доводы вместе, по мнению нижестоящих инстанций, перевесили смертельную болезнь.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации с такими доводами не согласилась. Решения нижестоящих инстанций были отменены. А человека было предписано немедленно освободить.

Как пояснил Верховный суд России, суды не вправе отказать в освобождении от отбывания наказания по основаниям, не указанным в законе, в том числе таким, как тяжесть совершенного преступления и условия содержания.

"В тех случаях, когда вред, причиненный преступлением, не возмещен в силу объективных причин, суд также не вправе отказать в освобождении от наказания только на этом основании, - говорится в обзоре судебной практики. - Из представленных копий судебных документов усматривается, что решением суда на имущество осужденного обращено взыскание во исполнение приговора".

Кроме того, в суде второй инстанции сторона защиты заявила о готовности супруги осужденного к его содержанию и уходу за ним. Так что человеку было куда идти из тюрьмы.

Что же касается поведения, то, как сказано в обзоре, при рассмотрении в порядке исполнения приговора вопросов, связанных с освобождением осужденного от наказания в связи с болезнью осужденного, предопределяющее значение имеет наличие у лица заболевания, препятствующего отбыванию наказания, а не его поведение в период отбывания наказания. Поэтому придираться к характеристикам смертельно больного не надо.

Источник: Российская Газета
Важно. Рейтинг — 9
Поделиться с друзьями

4 комментария

Дацик Вечеслав Алексеевна Дацик Вечеслав Алексеевна
2 декабря 2015 в 18:04

Только это всех не коснулось вероятно только избранных,так ИК 31 это не коснулось они же далеко от Москвы,даже заявления написанные во ФСИН ,правозащитные организации не помогли.При чем стали угрожать,что не выйдет на поселение.

Туаева Ирина Туаева Ирина
2 декабря 2015 в 01:04

Удивительно, Верховный суд вдруг стал прозревать.

Справедливое решение! А то рассмотрение вопроса об освобождении в связи с болезнью, преятствующей отбыванию наказания, было аналогично рассмотрению вопроса об УДО.

В виду того, что происходит вокруг : " винтаж ", " закон садистов " и т.
д., я думаю, что Верховный суд принял такое решение не по своей доброй воле, а в силу каких-либо, вынудивших его к этому, обстоятелбств.

Чтобы оставлять комментарии необходимо войти на сайт или зарегистрироваться

Мнение

На сколько важно правозащитникам, в том числе членам ОНК публиковать результаты своих проверок и расследований?

Правозащитники, в том числе члены ОНК, должны иметь право во время проверок иметь диктофоны, фото и видео. Пока это не является всеобщей практикой. Надо искать, вырабатывать формы отчета о проведенных проверках (плановых, внеплановых, по имеющимся сигналам).  Как практик, знаю, насколько объемным может получится материал. И проблема не только отразить все существенное в нем, но и потом переработать и осмыслить, превратить  в дальнейшем в отчеты, рекомендации или обращения. Так, разработку подобной "методички" Вы могли бы осуществить и предложить Общественной Палате РФ и ОНК. Зная Ваши организационные и экспертные возможности, могу предположить, что у авторитетного медиапортала ОНК.РФ и экспертов это получится быстро и эффективно. Публиковать отчет необходимо параллельно итогам проведённых проверок СК и прокуратуры, как минимум.

Дмитрий Галочкин
Член Общественной Палаты РФ, член Комиссии по общественному контролю, общественной экспертизе и взаимодействию с общественными советами