Тюремный прайс-лист

В Серпуховском СИЗО арестанты в одеждах римских гладиаторов празднуют именины авторитета Антона Кузнецова. 2011. Фото: fishki.net

ПОЧЕМУ СОВРЕМЕННАЯ СИСТЕМА ФСИН НИКАК НЕ МОЖЕТ ИЗБАВИТЬСЯ ОТ ИМИДЖА «СТАЛИНСКОЙ ВОХРЫ»

Отечественные учреждения исполнения наказаний давно зарабатывают на осуждённых. За деньги заключённому могут доставить всё. Но до последнего времени, платить надзирателям или нет, было личным делом каждого. Однако в сентябре в Государственной думе прошло первое чтение поправки в закон Российской Федерации «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы». Экспертное сообщество уже окрестило этот документ «кровавым» законом. И если эти изменения будут приняты, то платить будут все. Хотя бы для того, чтобы выйти на волю живыми.

Как известно, государство давно исправило ситуацию во ФСИН: зарплаты, обеспечение исправительных учреждений вышли на нормальный уровень, но тюремщики так и не отказались от нелегальных доходов.

«Сейчас на зоне можно достать всё, – рассказал «Совершенно секретно» Сергей Арутюнян, человек, отбывающий наказание по статье 159 УК РФ «Мошенничество» в одном из исправительных учреждений, – были бы деньги. Как ты сидишь, что ты делаешь, что ты ешь – всё зависит от твоего благосостояния, или благосостояния твоей семьи. Вот сейчас один человек из нашего отряда продает машинку – «Фольксваген-Гольф». Занимаются этим друзья его друзей, на свободе, естественно. Условия продажи простые – шестьдесят тысяч должно оказаться у него на руках на зоне.

Сколько заберут себе, те, кто продадут машину, сколько они отдадут за пронос денег сюда, не важно. Но здесь на зоне в течение дня-двух у человека окажется 60 тысяч рублей. В конечном итоге, большая их часть, естественно, осядет на руках у сотрудников колонии, но некоторое время этот человек, благодаря этой сумме просидит с относительным комфортом. Вообще, чем больше денег, тем лучше, к тебе относятся по-другому, предлагают свои услуги. А без денег на зоне очень плохо».

«Один из моих друзей сейчас находится под следствием и сидит в одном из столичных СИЗО, – рассказал «Совершенно секретно» 35-летний житель Москвы Пётр Карпов. – И мы, друзья и родственники, родственники и друзья других людей, сидящих вместе с моим другом, регулярно собираем им туда «грев». Грев мы собираем на всю хату (камеру), поскольку так дешевле обходятся услуги тех людей, которые заносят этот грев в изолятор. Пару раз мне доводилось присутствовать при сборе этих посылок. Я не мальчик и понимаю, что аспирин в порошке в тюрьму засылать глупо.

Так вот, кокаин, героин улетают туда в таких количествах, что Хантер Томпсон (американский писатель и журналист, прославившийся борьбой за легализацию наркотиков и активно отображавший тему их потребления в своём творчестве. – Прим. ред.) с большой охотой бы посидел в современной российской тюрьме. Там это дело никак не лимитируется. Хоть «упорись вусмерть», никто и внимания не обратит. Плати, и всё. Арес­тантам привозят проституток, есть места, где можно остаться переночевать с женой. Я вот всё думаю, когда туда начнут возить стволы?..»

ЗОНА БЕЗГРАНИЧНЫХ ВОЗМОЖНОСТЕЙ

Сейчас, наверное, нет ни одного отбывающего наказание человека, который ни разу не заплатил бы тюремщикам. И даже если человек идёт на принцип, проходит через насилие и унижение, то так или иначе ему приходится поучаствовать в поддержании благосостояния тех, кто его охраняет.

К примеру, на современных зонах существует неписаное правило: все ремонты за счёт заключённых. И тогда сбрасывается весь отряд, даже самые принципиальные. А поскольку ремонты должны проводиться за счёт бюджетных средств, то эти деньги руководство исправительных учреждений просто кладёт себе в карман.

Как ни стараются скрыть тюремщики досуг и развлечения их VIP-сидельцев, но факты об этом нет-нет, да и просачиваются в поле зрения общественности. Так серьёзный скандал с серпуховским СИЗО разразился после того, как фотосессия арес­тантов, отмечающих юбилей одного из сокамерников, попала в СМИ. На фотографиях подследственные сидят за богатым столом, уставленным в том числе и запрещенным в изоляторе алкоголем, а потом, обрядившись гладиаторами, устраивают на камеру пьяные показательные выступления.

Другой скандал был связан с Суражской колонией № 3, в Брянской области. Там сидел некий Андрей Пушкарь, состоятельный бизнесмен из Москвы. Сам Пушкарь вспоминает о своём пребывании в колонии как о жизни в пионерском лагере. По его словам, те, кто не платил или платил мало, ходили строем, сам же он катался по зоне на велосипеде. Около двадцати раз он, в сопровождении оперативников, ездил на выходные в Москву, один раз даже сумел слетать к другу в Италию. «Отдых» бизнесмена на зоне обошёлся ему примерно в миллион долларов.

ТЕЛЕВИЗОР В КАМЕРЕ

Перефразируя классика, все зоны в России должны сидеть одинаково, но нарушают правила внутреннего распорядка они по-разному.

В № 37 «Совершенно секретно» за октябрь месяц этого года мы уже писали о том, что в Самарской области возле одной из исправительных колоний был задержан иеро­дьякон одного из местных монастырей, пытавшийся забросить на зону 200 грамм героина. История с этим монахом крайне показательна для этого региона.

По информации «Совершенно секретно», вбросы наркотиков на территорию самарских колоний делают даже несовершеннолетние. Размеры «посылок» составляют от 300 до 500 граммов в день на колонию.   В некоторых ИК от передозировки за год может погибнуть несколько десятков человек. Естественно, медицинские заключения о причинах смерти указывают на острую сердечную недостаточность покойных, но в самом скором времени факты о передозировках, получат официальное признание. На данный момент идёт судебное разбирательство с целью установить, как, в каких количествах и к каким последствиям привело бесконтрольное распространение наркотиков в самарских колониях.

И если говорить конкретно по Самаре, то наркотики там, как полагают эксперты, главный, наиважнейший источник криминального дохода сотрудников ФСИН. Оценить стоимость грамма героина на зоне невозможно. Известно лишь то, что 50 % от конечной стоимости реализации наркотиков в колониях идёт строго администрации исправительного учреждения.

Если же взять Пермский край, Челябинскую, Свердловскую области, то там тюремщики не предоставляют заключённым никаких услуг. Их бизнес прост и понятен. Все заключённые должны выполнять ПВР (правила внутреннего распорядка) до самой последней мелочи. Но если ты хочешь жить по распорядку, то ты должен платить. Не будешь платить, будут ночные избиения, унижения, издевательства. И заключённые платят, чтобы их жизнь не превратилась в кромешный и беспросветный ад.

И вот это, наркотики и вымогательство, два главных многомиллионных источника преступных доходов сотрудников ФСИН. Всё остальное делается несистемно и от раза к разу.

К примеру, по закону арестанты могут иметь в камерах телевизоры. В связи с этим в СИЗО сложилась интересная практика: технику, которую передают родственники, надо обезличить, завести её в учреждение под видом гуманитарной помощи. И тогда, каждый месяц можно приходить к подследственному и говорить: ты что-то плохо себя ведешь, мы переведём тебя в другую камеру, где нет телевизора. Телевизор-то не твой, а гуманитарная помощь учреждению. И чтобы остаться при телевизоре, надо заплатить. В среднем такая ежемесячная абонентская плата составляет от 3 до 5 тысяч рублей в месяц.

Телефоны сотрудники заносят заключённым за вполне скромные деньги – от 7 до 15 тысяч по России. В Москве данная услуга стоит резко дороже, от 30 до 50 тысяч.

Вообще, говоря о том, как позволяют себе нарушать закон сотрудники ФСИН, надо понимать одно: поскольку в столице стоит очередь из желающих попасть на долж­ность надзирателя, то счастливый обладатель этого рабочего места может его потерять, лишь только какая-нибудь тень падёт на него. А где-нибудь в Ванине, где замену этому тюремщику днём с огнём не сыщешь, поймай его начальство хоть с килограммом героина, всё может закончиться простой зуботычиной. Конечно, при условии, что история не выйдет за пределы зоны.

Хотя всегда и везде стараются не идти на конкретное преступление. Задача коррумпированного надзирателя – вовремя отвернуться, отойти, не заметить того, как делается заброс. Именно за это ему и платят. А для правосудия, на всякий случай, всему этому процессу придается вид, который можно квалифицировать разве что по статье «Халатность».   Вообще риск, на который готов пойти надзиратель, и стоимость этого рис­ка просчитать несложно. Допустим, он собирается проработать во ФСИН ещё 10 лет. В ближайшие пять лет он ждёт повышения. Допустим, первые пять лет он получает 60 тысяч рублей, а вторые – 80 тысяч. Таким образом, его легальный доход за это время составит 8,4 млн рублей. Плюс к этому он три раза в месяц заносит телефоны арестантам. Это ещё почти 11 млн.

Итак, занося совсем уж что-то незаконное, он рискует потерять почти 20 млн рублей. Отсюда простая арифметика. Любой занос того, что повлечёт потерю работы для сотрудника ФСИН Московского или Санкт-Петербургского регионов – от миллиона, того же, что может повлечь уголовное преследование – не менее 3 млн рублей.

ЛАГЕРНЫЕ ТРАДИЦИИ

Но в последнее время всё более преоб­ладает тенденция, когда нарушать закон, терять место или самому садиться на нары становится для надзирателей невыгодно. Ведь деньги можно просто выбить. И масштаб этого «экономического подхода» всё растет и растёт. При этом доходы тюремщиков не уменьшаются.

«Сегодня существует целая индустрия, о размерах которой мы можем иметь лишь смутное представление, – рассказал «Совершенно секретно» Игорь Голендухин, блогер и активист движения «ГУЛАГу.НЕТ». – Вот смотрите, в стране порядка 600 тысяч заключённых. Если каждый из них в месяц будет давать администрации исправительного учреждения по тысяче рублей, то в год «объём этого рынка» составит 7 млрд 200 млн рублей, а если выжимать из заключённых по 10 тысяч, а для жителей больших городов эта цифра вполне реальная, то сумма возрастет до 72 млрд рублей».

Для понимания величины этого капитала стоит сказать, что на строительство космодрома «Восточный» правительство выделило чуть больше 180 млрд рублей. Но эта сумма тратилась в течение пяти лет. Так что за три года российские зеки могут запросто насобирать не только на новый космодром, но ещё и на ракету в придачу.

Изменить ситуацию может только полная замена всего кадрового состава ФСИН. Это не самая сложная и вполне осуществимая процедура.

«Как только об этом заходит речь, – продолжает Игорь Голендухин, – мы тут же начинаем слышать голоса, а куда же мы денем сотрудников ФСИН? Как будто это невозможное препятствие. Давайте разделим нашу страну на пять секторов и в каждом будем полностью менять штат сотрудников исправительных учреждений в течение трёх лет. Таким образом, за пятнадцать лет мы заменим всю систему полностью».

По словам эксперта, кадровый вопрос – самое больное место ФСИН. Игорь Голендухин рассказывает, что самые ужасные вещи творятся там, где в исправительных учреждениях работают потомственные тюремщики. Он бывал в учреждениях, где сначала руководил дед, потом начальником колонии становился сын, а сейчас одну из руководящих должностей в администрации занимает внук.

«Вы понимаете, это поколения тюремщиков, – говорит правозащитник. – Это не достойные династии шахтеров или токарей. Вокруг этих людей год за годом, из поколения в поколение формировалась кошмарная аура гулаговских начальников. В одном из маленьких городков есть зам по БОР (безопасность и оперативная работа), когда он заходит в ШИЗО, заключённые выстраиваются у дверей и хором приветствуют его: «Здравствуйте, наш царь пришёл!» И это отец двоих детей, человек, имеющий высшее юридическое образование. 48 лет мужику!»

Такое отношение начальства к заключённым и заключённых к начальству вырабатывается годами. Здесь зеков чуть прогнули, здесь они сами показали готовность услужить, раз за разом, случай за случаем, и через несколько десятков лет заключённые оказываются в роли рабов, бесправных ничтожеств, на которых можно делать деньги из воздуха.   И единственная возможность разорвать порочную традицию взаимоотношений тюремщиков и сидельцев – привести во все исправительные учреждения страны новых, не знающих этой порочной практики людей.

При обилии в нашей стране сотрудников ЧОПов, при безработице в маленьких городках заменить весь кадровый состав сотрудников исправительных учреждений вполне реально. А те, кто яростно выступает против этого, – просто кормятся с того, что пенитенциарная система в нашей стране приобрела столь уродливые и даже чудовищные формы.

«ЭЛЕКТРОШОКЕРНЫЙ» ЗАКОН

Но на данный момент ситуация только ухудшается. Грядут перемены в российском законодательстве, которые превратят заключённых в бесправную массу перед лицом надзирателей. Речь идёт о внесении изменений в закон Российской Федерации «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы». В народе эти поправки уже прозвали «кровавым законом».

История его принятия и обсуждения началась ещё в октябре 2014 года, когда Мин­юст внёс документ на рассмотрение Госдумы. Правозащитники, занимающиеся проблемами прав человека и гражданина в исправительных учреждениях, инициировали обсуждение этого документа. В итоге Минюст осознал его вредность и отозвал из Думы.

Далее Совет по правам человека предлагает повторно обсудить законопроект, это обсуждение продолжается. Члены совета вносят какие-то поправки, появляются сообщения, что многие спорные моменты разрешены, и 27 мая 2015 года данный законопроект повторно вносится в Думу. Но оказалось, что текст «новой редакции», точка в точку, запятая в запятую совпадает с тем, что вносил Минюст за восемь месяцев до этого.

На недоумение правозащитников по поводу того, что текст, отозванный Минюстом из-за его несостоятельности, снова внесён в том же виде, высокие чиновники из ФСИН, депутаты из профильных комитетов говорят: не беспокойтесь, мы всё к моменту обсуждения подправим. Но в сентябре этот закон с тем же текстом осени 2014 года был в первом чтении принят Государственной думой. Так что же вызывает беспокойство правозащитников?

В этих поправках полностью переписывается глава 5 «О применении физической силы, специальных средств и огнестрельного оружия».

В статье 29 говорится, что применять силу, спецсредства и огнестрельное оружие сотрудники должны после предупреждения и выделив достаточное время для исполнения их распоряжений по сохранению порядка, однако когда сотрудник полагает, что промедление с применением силы или оружия может повлечь опасность его жизни или здоровью, или жизни и здоровью третьих лиц, он может применить физическую силу, спецсредства или огнестрельное оружие без предупреждения.

Это означает, что начать избивать заключённого надзиратель может в любой момент. Просто потому, что ему показалось, что от заключённого исходит угроза его жизни и здоровью.

В той же статье говорится, что «о каждом случае причинения осуждённым, лицам, заключённым под стражу, и иным лицам ранения либо наступления их смерти в результате применения сотрудником уголовно-исполнительной системы физической силы, специальных средств или огнестрельного оружия уведомляется прокурор в течение 24 часов».

То есть если человек избит до посинения, у него поломаны ребра, разорвана селезёнка, но никаких ран на теле нет, то прокурора можно не уведомлять. Более того, если сотрудник ФСИН перестарался и угрохал зека до смерти, то у администрации колонии есть целые сутки, чтобы замести все следы.

Ещё один предмет беспокойства людей, знающих специфику реального положения дел в тюрьмах и колониях, – то, что эти поправки вводят в перечень спецсредств электрошокеры.   «Это незаменимая вещь, если хочешь кого-нибудь без следов отправить на тот свет, – поясняет Игорь Голендухин. – Всего два электрошокера, один выставленный на небольшой разряд приставляем к спине в области сердца. Другой, с максимальным к груди. Разряд и сердце человека останавливается. Всё, родственники дорогие, принимайте у шлюзов покойничка. А на груди у него будет лежать справка «острая сердечная недостаточность». И никаких следов. Если этот закон будет принят во втором и третьем чтении уже в этом году, то первые трупы мы получим уже к концу лета».

Всё вышеперечисленное, если оно приобретёт законную силу, инициирует губительный для экономики России процесс. Уже сегодня тюрьмы забиты предпринимателями, которые в связи с трудной экономической ситуацией не могут своевременно выдержать сроки оплаты по контрактам.

Как только кто-либо из партнёров по бизнесу доводит эту информацию до правоохранительных органов, то на бизнесмена сразу заводят статью 159 УК РФ «Мошенничество», мотивируя это тем, что он изначально собирался не исполнять условия заключённого контракта.

И вот как только вносимые поправки будут приняты, сразу на предпринимателей будет открыта массовая охота. Ведь с этих людей есть что взять, и, попав на зону, они будут отдавать всё до последнего, лишь бы выйти за ворота колонии хотя бы живыми.

Источник: Совершенно секретно
Важно. Рейтинг — 25
Поделиться с друзьями

6 комментариев

Дончик Галина Дончик Галина
28 ноября 2015 в 00:41

Всё так и есть, и об этом ВСЕМ известно, но никто их тех, кто официально защищает права человека (Уполномоченный по правам человека, Совет при Президенте по правам человека, и много ещё кто) ничего не видят. Так, неоднократно обращались к Уполномоченному по правам человека по делу сына. О ложности обвинения следствию стало известно на следующий день после ареста сына. "Потерпевший" ещё два года назад признался, что преступления в отношении него не было. Адвокат в кассационной и надзорной жалобах фактически обвиняет судью в фальсификации показаний в судебном заседании, масса нарушений со стороны следствия, прокуратуры, каждое заявление о нарушениях адвокат подтверждает указанием листов дела. Прокуратура отказывает в проведении проверки, понятно почему, ворон ворону глаз не выклюет. В аппарате уполномоченного, куда неоднократно обращались с жалобами и просьбой оказать помощь в проведении проверки, что предусмотрено Конституционным законом, НИЧЕГО НЕ ВИДЯТ.
ОЧЕНЬ ХОТЕЛОСЬ БЫ придать всё это ОГЛАСКЕ, но не представляю как это сделать. Помогите, пожалуйста, располагаю всеми материалами. И ещё, прошу поддержать петицию к Генпрокурору РФ о невинноосуждённых, на моей странице в fecebook (Галина Дончик) нажать на картинку "присоединяйтесь к кампании", буду всем благодарна. Мы не должны молчать, нужно бороться за своих детей, близких, бороться вместе.

Ломтева Евгения Ломтева Евгения
26 ноября 2015 в 23:55

И при этом силовики собираются закручивать гайки нам, своему народу. Мы что, террористы в Сирии???
https://news.mail.ru/society/2...

Карташова Людмила Карташова Людмила
25 ноября 2015 в 19:02

Деньги и власть - это основа основ, во всём и везде, в России...

Рудакова Елена Рудакова Елена
25 ноября 2015 в 11:49

Да, чтобы изменить систему, необходимо начать с кадров. Человек не должен и не может работать руководителем ИУ в течении 15 и более лет. Хотя на деле так и происходит. За это время человек обрастает нужными связями, узнает и использует все возможности для обогащения за счет учреждения и осужденных, успевает за годы "отличной" службы где-нибудь на Севере, построить не один домик себе и своим родным на исторической родине, где-нибудь в горной республике, куда и отбывает на заслуженный отдых.

Меркулова Ирина Ивановна Меркулова Ирина Ивановна
24 ноября 2015 в 15:18

Я всё вышеизложенное подтверждаю.

Я, как бывший осужденный, полностью подтверждаю все изложенные здесь сведения о порочности УИС.

Чтобы оставлять комментарии необходимо войти на сайт или зарегистрироваться

Мнение

Что я думаю о социальной сети Gulagu.net, проекте против коррупции и пыток?

Являясь шеф-редактором медиапортала «Хранитель», я ясно вижу, что в наше время средства массовой коммуникации обладают огромным потенциалом в развитии всех позитивных процессов, говорим ли мы о развитии негосударственной сферы безопасности, укреплении механизмов общественного контроля или о правозащитной деятельности. Недаром говорят: кто хорошо информирован, тот вооружен. Именно своевременная информированность о событиях, фактах, происшествиях, в том числе о преступлениях, помогает принимать адекватные меры по исправлению неблагоприятной ситуации на местах, позволяет решать конкретные вопросы и помогать людям в решении их проблем. Поэтому наличие социальной сети Gulagu.net можно только приветствовать. С ее помощью, как рыбацкой сетью, можно вытащить немало грязи и нечистот из водоема нашей общественной жизни и сделать воду в нем чистой и прозрачной.

Дмитрий Галочкин
Член Общественной Палаты РФ, член Комиссии по общественному контролю, общественной экспертизе и взаимодействию с общественными советами